— Хм… Соглашусь. В твоём предположении есть логика…
— И?.. Чего ты замолчала?
Лавина посмотрела на меня с лёгким прищуром и тяжело вздохнула.
— Хорошо. Седлаем лошадей. Будем в Сканерге и уже на месте разбёмся.
Верхом на лошадях мы скачем в сторону деревни. Дорога прямая и однотипная, но мне сложно концентрироваться на ней, так как постоянно отвлекаюсь — оборачиваюсь и смотрю на пассажиров второго скакуна.
Из-за злости я сжимаю вожжи с такой силой, что даже пальцы начали белеть. Мне хотелось высказать недовольство в максимально агрессивной форме. Но я молчал. Молчал, ведь понимал, что психую из-за гномского спирта, которым пропитана моя маска. Алкоголь затуманил мысли и взбудоражил нервы. И самое неприятное, что осознание всего этого злило меня ещё больше.
Вымораживает! С какого эльфийского перепугу Лавина так сюсюкается с убогим⁈ Ей приходиться не только управлять скакуном, но ещё и обнимать спящего альва, дабы тот не свалился. Бесит это его блаженное лицо. Ушлёпок. Нежится в объятиях моей любимой.
Каждый раз вдыхая, я чувствую обжигающие пары. Спирт на маске испаряется и попадает в горло, отчего оно неумолимо першит, словно его огнём обжигают. Хочется сорвать эту ткань с лица, но приходится терпеть, ведь она защищает меня от ядовитых спор, коим переполнен здешний воздух.
Понимаю, что начинаю закипать ещё больше, и решаю проветрить голову. В этом мне поможет сильный ветер. Да и вообще, поездки на хорошей скорости всегда собирали путанные мысли.
— Лавина, я помчу вперёд. Разведаю обстановку.
— Хорошо. Только не влипни там ни во что.
— Но! Но!
Пришпорив коня, я сразу разорвал дистанцию и стал быстро уходить далеко вперёд.
Чувствую, как холодный ветер ласкает моё лицо, тем самым остужая злость. Почти сразу из головы вылетело навязчивое желание придушить убогого.
Окончательно успокоившись, я стал лучше воспринимать окружение. Тут же заметил, что радужный мох заполонил всё: поля, деревья и даже камни. Он был везде, за исключением дороги.
Я знаю, что огненным песком люди покрывают свои поселения и даже дороги, соединяющие маленькие деревушки. Он мешает прорастать траве, а зимой заставляет таять снег и не даёт образоваться льду. Видимо, из-за этих уникальных свойств огненного песка радужная зараза не может укорениться, и потому дорога абсолютно чиста.
Приглядевшись, я заметил впереди сгорбленную фигуру человека.
Передвигается медленно, опираясь на костыль. Старик или бабушка. Не важно. Главное, я могу получить полезную информацию.
Решив, что стоит догнать путника, я подстегнул коня и ускорился. Однако стоило перейти на галоп, как человек тут же остановился и обернулся ко мне.
У него слишком хороший слух для человеческого старика, что даже с такого расстояния услышал стук копыт. Неужели это эльф?
Нет. Это всё же человек. Очень странный старик, с абсолютной седой небрежной бородой, облачённый в грязный кожаный кафтан, типичный для алхимиков. Однако мой опыт фехтовальщика подсказывал, что старик очень далёк от ремесленной профессии, потому как веет от него боевым духом. Вроде стоит, сгорбившись, опираясь на свою трость, но чувствуется в его позе сила, что кажется, будто пребывает он в боевой стойке.
Оказавшись достаточно близко, чтобы рассмотреть лицо старика, я машинально потянул поводья. В глазах путника виднелось что-то странное, настолько пугающее, что мне вдруг захотелось развернуть коня и сбежать.
После череды глубоких вдохов и выдохов, я всё же спешился. Намотал ремень упряжи на руку и стал приближаться к старику.
Нервничал. Я очень нервничал. Каждый шаг давался мне с трудом, что даже инстинктивно положил ладонь на рукоять рапиры. Особенно нервировала примечательная отметина на лбу старика — шрам в форме креста. Точно такое же клеймо, как и у грибного короля — алхимика, которым в детстве меня пугали родители. Неужели передо мной то самое «чудовище» из сказок?
— С каких это пор эльфы подались в разбойники?
— Я специально не прячу под одежду знак матери земли, но его, как обычно, не замечают.
Потянув за травяной шнурок, я показательно приподнял деревянную эмблему, свисающую с шеи.
— Да вижу я его, но всё равно не понимаю. Какие же события должны произойти в мире, что даже герою приходится прятать своё лицо за маской?
— Не прячу я лицо! Я всего лишь защищаю дыхательные пути от витающей в воздухе отравы.
