— Закидывай Аймона на плечо и, как оттарабанишь его в комнату, не забудь вернуться ещё за поклажей.
— Понял…
Подойдя к скакуну, я с презрением посмотрел на спящего альва, перекинутого через седло. Поморщившись, начал перекладывать его себе на плечо.
— Алэн.
— Да? Что ещё?
— Я люблю тебя. Спасибо, что решил побаловать меня горячей водой. Ты самый замечательный и чуткий эльф… Всё. А теперь беги.
Вместо ответа, я лишь обворожительно улыбнулся и в приподнятом настроении двинулся к главному входу таверны.
Оказавшись перед широкой дверью, я не стал сразу входить, потому как мне хотелось получше разглядеть огромную вывеску. Вот только сколько бы я не смотрел на вырезанную из массива дерева огромную пивную кружку, всё никак не мог понять, что чувствую. Вроде как мне нравится эта дерзкая реклама, но в тот же момент мне противно лицезреть эту жалкую пародию на искусство.
Из-за убогого на плече я не заметил небольшую ступеньку и споткнулся.
— Ай! Тц…
Попрыгал на одной ноге, и мне кое-как удалось удержать равновесие. Остановившись, я бросил взгляд на спящего пассажира.
— Бесишь. Скинуть бы тебя, урода, в ближайшую канаву…
Открыв дверь и внимательно глядя под ноги, я перешагнул высокий порожек таверны.
Внутри оказалось почти безлюдно. В центре зала, за некоторыми обеденными столами молча сидели мужики. Кто-то беззвучно в себя заливал алкоголь, когда другие с усталыми лицами склонились над тарелками супа и неспешно зачерпывали его ложками.
В противоположном от входа углу я заметил более примечательного персонажа — огромную женщину с мускулистым телом, покрытым розовой чешуёй. Она уткнулась рогами в стену и крепко спала.
Не понимаю, зачем эти хвостатые дикари спускаются с гор? Тут ведь нет их любимой жары и бурлящей в вулканах лавы. Да и почему они лезут именно в леса богини?
Один мужик заметил мой интерес к спящей огненнокожей и отставил в сторону уже занесённую для глотка кружку. Наши с ним взгляды встретились, и я почувствовал неприязнь.
Вот только драки мне тут не хватало. Совсем не хочется из-за какой-то глупости уходить искать другую гостиницу, в которой может быть горячая вода.
Проигнорировав взгляд недоброжелателя, я направился к барной стойке в поисках управляющего.
Оказавшись у стойки, я заглянул за неё и увидел спрятавшегося в углу мужчину, старательно что-то записывающего в толстую тетрадь. Странно, он вроде так увлечённо пишет, однако на его лице читается лишь пустота.
— Простите, я могу снять комнату?
Мужчина поднял глаза. Он смотрит прямо на меня, но кажется, будто совсем не замечает.
— Ага… Добро пожаловать в таверну «Добро пожаловать»…
От голоса мужчины веяло безысходностью, словно тот был обречён умереть от неизлечимой болезни.
— Меня интересует комната с несколькими кроватями и купальней. Желательно с горячей водой.
— Ага…
Трактирщик, облокотившись на деревянную палку, поднялся со своего кресла и на дрожащих ногах поковылял в сторону угла, где на стене висели ключи с привязанными к ним номерными дощечками. Взяв один, он вернулся и положил номерок на стойку.
— А сколько тут кроватей?
— Ага…
— Сколько кроватей в этом номере⁈
— Четыре… Четыре спальных места и общая ванная комната…
— А горячую воду для купания где брать?
— Ага…
Что с этим мужичком не так? Он постоянно проваливается в свои мысли и совсем забывает о происходящем вокруг. Надо уже заканчивать с ним разговор, а то терпению приходит конец.
— По деньгам что? Сколько стоит одна ночь в этом номере?
— Двадцать шесть килобайт…
— Да ты обозрел! На эти деньги я могу купить гору продуктов и жрать их целую неделю.
— Ага…
— Бесишь.
Сняв перчатки, я приложил большой палец к татуировке на другой ладони и держал его до тех пор, пока символы не засветились. Затем дотронулся мерцающей татуировкой до столешницы, и тут же из-под прижатой ладони начали расходиться чёрные линии, формируя квадратное окно прямо в столешнице.
Засунул руку в портал инвентаря и стал перебирать кожаные кошели с деньгами различных регионов.
Хоть все народы в основном и используют гномские килобайты, мегабайты и гигабайты, но их номинал слишком крупный для заключения мелких сделок. Потому все, кому не лень, придумывают собственную валюту, которую больше, как в этом регионе, нигде не принимают. Вот в моём хранилище и скопилась куча кошельков с непонятными монетами.
Наконец я нашёл кожаный мешочек с гномскими килобайтами, вытянул его из инвентаря и начал отсчитывать нужную сумму.
Подумал, что как закончим с поручением богини, первым делом зайду в ближайший филиал банка и улучшу татуировку инвентаря. А то в стандартной одной ячейке помещаются лишь только деньги.
Выложив перед трактирщиком нужную сумму, я закинул кошель обратно в инвентарь, а после приложил большой палец к ладони. Татуировка засветилась, пространственное окно начало стремительно схлопываться, а формирующие его чёрные линии поспешили вернуться обратно на мою ладонь.
— Ага… Спасибо…
Мужичок, даже не стал пересчитывать монеты, сгрёб их в ладошку и высыпал в нагрудный карман своего фартука. После плюхнулся обратно в своё кресло и мёртвым взглядом залип в тягостную пустоту.
