— Кир! Надеюсь, ты понял, как важно смотреть на ситуацию со стороны!
— Глянь, у Станции-оленя — пара рогов, а у амулета — нет! Как же я сразу не понял! Ведь именно этой недостающей веткой рогов отличался кулон Мэйби — во сне! Так вот, почему Олень не сработал!
— А как, по-твоему, он должен «сработать»?
— Да хоть как-нибудь! — пробормотал Кир. Он уже позабыл про необычный вид Станции, и про то, что, похоже, рехнулся.
— Теперь, самое важное — найти недостающую часть! Только вот, где?
Мальчишка начал придирчиво осматривать всё вокруг, отчего-то решив, что кристалл поблизости.
— А ты догадалась, что это такое? — Кир ползал на четвереньках по цилиндрической глыбе, на которой была установлена вышка. — Это — остов маяка. Помнишь, во сне? На него лазали Мэйби и Кир! — он хлопнул по бетону рукой.
— Во сне он был в городе!
— Что с того? Ведь мы не во сне!
Эйприл усмехнулась, сообразив, как сильно эта фраза похожа на одну из её собственных. Кир замечательный ученик: с такой убеждённостью нести чепуху!
— Эйприл, тут символы!
Она подошла. В бетоне виднелись еле заметные канавки.
«1.009809»
— Это же код от медблока!
— Кир, смотри дальше символов!
— Дальше? В каком это смысле? — он поднял голову, задумчиво уставившись в океан... — О! Вот же он!
Мальчишка вскочил и подбежал к ограждению. Вытащил из образовавшейся от соли и ветра каверны зелёный кристалл. Нахмурившись, повернулся к подружке.
— Его тут только что не было! Это ты втихаря положила? Признавайся!
— Угомонись! Ничего я не делала.
— Думаю, ты и все остальные подкидывала!
— Думай, что хочешь! Но, он там был!
— Ну... Может, и был...
Кир забрался повыше на бетонную глыбу, достал амулет и торжественно присоединил последний недостающий кусок.
Блеснуло, и в руках оказался полностью собранный Изумрудный Олень. Теперь, внутри плескался свет, как в кулоне из сна.
Кир терпеливо ждал, но ничего не происходило.
— Наверное потому, что поломан Маяк. Эх... Всё из-за тебя!
— Если б не я, ты бы его вообще не собрал. Я тебя сюда привела, и я подарила Оленя.
— Ну да... — неохотно признал Кирилл.
Эйприл обиженно уставилась в океан, на полузатопленные развалины астропорта. И закричала, подпрыгнув на месте:
— Кир! Там что-то есть!
Кир посмотрел.
— Ну да. Астропорт. К несчастью, не особенно новый. Не улететь.
— Я не про то! Там, рядом с ним, под водой!
Наконец, Кир заметил то, что привело Эйприл в столь бурный восторг.
Пятно.
— Под водой что-то есть.
— Корабль! Из тех, что с двигателями искривления. Разве не ясно по форме?
— Даже если и так... На нем ведь не улетишь...
— Нам улетать и не нужно! Я теперь поняла, зачем мы сюда припёрлись!
«Припёрлись? А на крыше рассказывала про неизведанное, и про любовь...»
— Зачем?
— Кир, нам нужно туда!
— Вот ещё! Сначала сюда, а потом — туда!
— Это важно!
— Ну, и как мы туда попадём? Видишь? — Кир указал на торчащие из воды покосившиеся и обросшие мидиями эстакады маглева, — Дорога разрушена.
Эйприл упёрла руки в бока.
— Ты ведь мужчина! Ты главный, вот и веди! А я — покорно пойду за тобой. Что делать! — она вздохнула и картинно пожала плечами. — Такая уж девичья доля...
«Ну конечно! Покорно пойду за тобой туда, куда приказала идти!»
Кир повторил её позу. Девчонка расхохоталась.
«Таскаюсь за этой девчонкой целыми днями! Впрочем, нужно признать: от этого есть толк».
Зажигается яркое освещение.
Пустая квартира.
Отец, как всегда, остался в лаборатории.
Так даже лучше. Никого не хочется видеть.
— Убери этот свет!
— Совсем или приглушить? — интересуется чувственное контральто. Я не обманываюсь — знаю, что голоса домашним нейросетям подарила старушка.
— Приглуши.
Не разуваясь, в одежде, падаю на кровать...
Для ума, в настоящем не может быть счастья, ведь он делает вывод в результате сравнения.
Ну, а если сравнивать не с чем? Если, за исключением детства, у тебя и не было ничего?
Невозможно что-то ценить, пока это не потеряешь. Воздух нашего мира пропитан не счастьем, а тоской по уже невозвратно потерянному.
Потолок — всё, что у меня осталось.
Две недели назад, я танцевал под платанами с Мэйби — считая, что мне улыбнулась удача.
Сейчас мне известно: это были всего лишь фантазии.
«Фантазия Понимание», «Фантазия Любовь», «Фантазия Счастье».
Да, Фиест прав.
«Иллюзия Мэйби», «Манипуляция Мэйби».
И в финале: гулкие шаги в одинокой квартире и потолок. Это уже не фантазия, это — реальность. Конечная истина.
Всё с пустоты начинается, и к пустоте приходит. А в промежутке — пёстрые сны.
Фонтаны-одуванчики, платаны, трамвай...
И Фиест...
Другие здесь пукнуть не смеют, а этот — разгуливает так, будто в городе он единоличный хозяин. Нет сомнений, никому его не поймать!
И Мэйби такая же! Делает всё, что придёт ей в башку.
Впрочем, нет! Как я уже понял: она осторожна, и наблюдения избегает.
Стоп! А под платанами, а в трамвае? Там куча камер!
Полиция должна была засечь и нас, и Фиеста.
Что-то не сходится...
Хватит смотреть в потолок! Поднимаюсь и выхожу в Сеть.
Уходит не больше пяти минут, чтобы узнать, что и тогда были взломы. А всего за последнее время — восемь успешных хакерских атак.
