— Ну все, я пошла. Вдруг шефу нужна, — заторопилась Валентина и заскользила на носочках по глянцевому полу.
— Привет поближе! Пойдем, покажу гардеробную, а потом ко мне на летучку, — сказала Рината.
Ульяна живо переоделась в платье и туфли, взяла планшет и поспешила в кабинет главреда.
Отчитавшись по трем проектам, которые нужно было сдать только на следующей неделе, Ульяна разыскала свой отдел и восхищенно замерла на входе.
В новом кабинете было шесть рабочих мест, органично отделенных друг от друга для звукоизоляции стеклянными перегородками. Много света и воздуха. Посредине стоял длинный стеклянный стол для работы с эскизами.
Марина, Айгуль и Антонина сидели на местах у окна во всю стену, как обычно, в наушниках и сосредоточенно работали. Мирослава, закинув ногу на ногу, обрабатывала ногти маслом за столом у стеклянной стены, выходящей на коридор. Свободными оставались два места: в дальнем углу у окна и в углу справа.
— Привет! Как вы тут? Здесь очень красиво! — вошла Ульяна.
— Привет-привет! — радостно откликнулись по очереди девчонки, кроме Березиной, которая окинула Ульяну снисходительным взглядом и продолжила заниматься своими пальчиками.
— Ты куда пропала?
— Решала жилищные вопросы, а то все впопыхах: только прилетела, сразу вышла на работу, некогда было сделать все по-человечески… И где же мое место?
— Твое — там, — привстала Антонина и показала пальцем на место у окна. — Я туда твою коробку с вещами поставила.
— Ничего себе! — радостно улыбнулась Ульяна и прошла к уютному уголку, из которого с одной стороны открывался вид на Москву-реку, с другой — на весь отдел. — Я шла сюда и мечтала о месте у окна! А где наш мужчина?
— Ты про того хлюпика? Он теперь сам по себе, — усмехнулась Мирослава.
— Ой, ну хватит, Слава! — возмутилась Антонина. — Петра перевели в отдел веб-дизайна. А сюда еще нового сотрудника возьмут.
— А я вам такой тортик испекла, — вынимая из пакета высокий прозрачный контейнер, сказала Ульяна. — Вале я уже на кухне оставила, а вы Петрову и Васечкину не забудьте оставить.
— Ух ты! Я за тарелками! — радостно выбежала Айгуль.
Пока девчонки суетились вокруг десерта, восхищаясь им, Ульяна осмотрела свое новое кресло с высокой спинкой, стол светлый орех, столешницей переходящий в широкий подоконник, и довольно улыбнулась.
— Как здорово здесь! А летом, наверное, будет просто чудесно!
— Слава, ты-то попробуешь? Как раз кусочек остался, — спросила Антонина, подкатывая кресло к центральному столу.
— Ладно уж, попробую, — с одолжением поднялась Березина.
— А он несъедобный, — передвигая тарелку с последним кусочком на другой край стола, сказала Марина.
— Почему это? — возмущенно нахмурилась та.
— Я в него плюнула.
Девчонки прыснули от смеха. Ульяна лукаво прищурилась и присела рядом с Антониной.
— Смотри, не подавись своим же ядом, — взбрыкнула Мирослава и вернулась за свой стол.
— Чем больше змей вокруг, тем мой ядовитее, — ухмыльнулась Марина и подмигнула девчонкам.
— Девочки, спасибо, что заняли мне это место! — решила разрядить атмосферу Ульяна. — Я вам за это еще что-нибудь вкусное испеку…
— А мы особо и не выбирали. Сергей Павлович прошел и назначил каждому свое место, — ответила Марина.
— Наверное, чтобы мы не подрались, — пошутила Ульяна.
— Вообще-то, это место мое по праву старожила, но, видно, у кого-то более «сладкие» аргументы, — с намеком покосилась на торт Мирослава, но имела в виду совсем другое.
— А ты все успокоиться не можешь? — вошел Петр, пренебрежительно морщась в сторону Березиной. — Вчера весь день ныла, и сегодня начала…
— Привет, Петров, а где Васечкин? Зови на тортик, — подмигнула Ульяна и обратилась к язве — Слав, если это сделает тебя счастливее, а самое главное — добрее, я уступлю тебе место…
— И не думай уступать. Директор прямо сказал — это место Ульяны Олеговны, — перебила Марина, явно недолюбливающая Березину.
— Она, наверное, с Палычем переспала, раз он ей такое место выделил, — не унималась Мирослава.
Ульяну неприятно кольнуло такое замечание, но, зная Березину, она не показала неприязни, и, не оборачиваясь к ней, с усмешкой заметила:
— А что, в Москве все вопросы решаются через постель?
— Ну так… Очень ценная валюта, я скажу.
— То-то ты вся в побрякушках, — ухмыльнулась Айгуль, за что получила от Березиной убийственный взгляд.
— Почему сразу не с Барховским — он главнее Бута? — сострила Ульяна.
— Ох-ха-ха, — рассмеялась та. — Потому что ты даже до уровня носков его ботинок не дотягиваешь.
«Откуда этот повсеместный снобизм и высокомерие?»— с досадой подумала Ульяна, но вида не подала.
— А кто дотягивает? — усмехнулась она через плечо.
— Тут надо быть пушистой, стильной, ловкой и цепкой, — Березина изобразила лапы кошки с коготками и сморщила нос и губы так, что стала похожа на крысу, а не на кошку.
Ульяна перевела взгляд на обломанный ноготь Березиной и мягко заметила:
— Смотрю я, коготки-то уже пообточились…
Девчонки прыснули от смеха, а Петр захохотал в голос, но резко замолк.
