Пока Барховский не поднял голову и не увидел ее, Ульяна сразу нацелилась на запасной вход. Но вдруг последний лифт перед дверью на лестницу открылся, и Ульяна ощутила крепкую хватку на локте.
Она возмущенно оглянулась, но не успела ничего сказать, как Барховский нахально втянул ее в лифт и нажал кнопку седьмого этажа.
— Я не терплю такого поведения, Ульяна Олеговна. Когда вам звонят, берите трубку! — не глядя на нее, пророкотал он и отнял руку.
От его тона по спине Ульяны пробежал холодок. Она отстранилась, тряхнула рукой и старательно спокойно произнесла:
— И вам доброе утро, Кирилл Александрович! Что это вы себе позволяете?
— Не люблю, когда от меня бегают.
Ульяна держала лицо и ни за что не собиралась признаваться, что знает, почему он так себя ведет.
— С какой стати мне от вас бегать? Я часто хожу по лестнице… Не люблю ждать лифт.
— Трубку вы тоже не любите брать, — хмыкнул он.
— А вы мне звонили? — недоуменно оглянулась Ульяна.
Тот смерил ее непроницаемым взглядом и сузил глаза:
— Не прикидывайтесь.
— Даже не представляю, о чем речь… А-а, погодите, так это вы были тем незнакомым номером позавчера? — изобразила искреннюю догадку она. — Извините, если обидела, но я не принимаю звонки от неизвестных номеров.
— Но на СМС вы отвечаете? — насмешливо заметил он.
«Черт! Ну да, тут прокол!»— смутилась Ульяна, но вида не подала.
— К тому же я давал вам свою визитку…
— Вы не просили вам звонить — только писать на почту. Для чего мне вносить в контакты ваш телефон? Вы мне даже не коллега, — равнодушно пожала плечами Ульяна.
Кирилл окинул Исаеву таким пронзительным взглядом, что та вовсе отвернулась и с одолжением проговорила:
— Если так желаете, то запишу, конечно. Но я была занята… Если вам это интересно.
— Заняты? В выходной? Чем? Пироги пекли? — снисходительно обернулся он.
Ульяна повернулась к нему и, смерив его сверху вниз возмущенным взглядом, сдержанно проговорила:
— Не понимаю, почему вы рычите на меня? По-моему, я ничего вам не должна, и за пятно на вашей рубашке рассчиталась сполна!
С последним словом Ульяна поняла, как двусмысленно это прозвучало, и смущенно сдвинула брови.
— Вы думаете, моя рубашка стоит так дешево? — тут же перевернул Барховский и сверкнул ехидным взглядом.
Намек на то, что секс с ней был дешевым, не вписывался ни в какие рамки. На это хамство у Ульяны даже слов не нашлось.
Она пренебрежительно скривила губы и ударила по кнопке «стоп». Но лифт уже остановился на седьмом этаже. А когда двери распахнулись, Ульяна широко шагнула за порог и вызывающе бросила:
— Найдите себе забаву по плечу!
Кирилл сердито прищурился в отражение металлических дверей, нажал кнопку «31» и раздраженно поддернул манжеты рубашки из-под рукавов пальто: «Трахну тебя еще раз и найду!»
Он прекрасно понимал, из-за чего так напряжен: все выходные он работал, не дал себе разрядки, и к Алине не поехал, надеясь на секс с другой. Помяв переносицу, он прикрыл глаза и глубоко вздохнул несколько раз. Но не отпустило.
«Какого рожна я ее трахнул?!»— с укором покачал головой Кирилл.
Мышцы спины непривычно заныли. За последние полгода в ту пятницу были лучшие ощущения от секса, когда он полностью отключил голову. Даже несмотря на то, что секс с Исаевой не был безопасным, Кирилл почему-то пребывал в твердой уверенности, что она чиста и позаботится о предохранении. И он всерьез задумался, что пора сменить любовницу.
Память снова вернула его к упругой груди недотроги и ее запаху. Возможно, дело было в ее духах, которые еще чувствовались в кабине лифта. Да, он хотел эту женщину всю и полностью, без спешки и не откладывая в долгий ящик. Однако на роль постоянной любовницы она не годилась — с характером, хотя физически полностью устраивала: и в свет не стыдно вывести, и в постели горяча. Кирилл интуитивно чувствовал, что недотрога не проявила всех своих способностей в интимном общении с ним. Оставалось только догадываться, какой она еще может быть…
Лифт остановился, и все мысли о женщине выветрились, когда Кирилл погрузился в офисную рутину практически с порога. Но он знал, что закончит начатое.
«Нельзя так бездумно расслабляться, надо было думать о последствиях, — упрекала себя Ульяна, вот уже несколько минут настраиваясь на работу за чашкой кофе перед монитором. Разговор с Барховским в лифте до сих пор откликался в теле изжогой. — Неужели теперь посмеет меня третировать? Но ведь сам пришел! Надо бы побыть мышей и перестать попадаться ему на глаза. А если нет, то прямо и поговорю с ним. Что он вообще себе позволяет? Я ему не девочка по вызову!»
— Девочки, через пять минут летучка с Маевской! — раздался звонкий голос Цапиной в двери отдела, а дальше только ее тяжелое цоканье по коридору.
— Она свои лабутены спецом железом подковывает? Даже наушники не спасают, — улыбнулась Антонина, снимая наушники.
— Ну вот, только сосредоточишься, — проворчала Айгуль, тяжело поднимаясь из кресла и потягиваясь.
— На пирожных-то, ага, — съязвила Березина, косясь на утреннюю тарелку с эклерами на столе коллеги.
— И откуда в тебе столько яда, Славка? — вздохнула Антонина.
