— Узнать все ли у тебя в порядке после того дня, — он наигранно расслаблен и совсем не похож на парня, которого я видела в первый раз.
— Только сейчас?
— Сначала был занят, а потом ты трубку не брала. Ты очень напряжена, из-за меня?
— Я не знаю, чего ждать, — честно признаюсь, опустив плечи.
— А чего хочешь? — он кладет подбородок на руки, сложенные в замок, и обольстительно оголяет белые ровные зубы.
Если ранее я считала, что Влад представляет опасность, то теперь с уверенностью могу заявить, что он просто ангелок по сравнению с Давидом.
— Хочу понимать зачем все это, — окидываю зал взглядом. — Мы же взрослые люди, не будем ходить вокруг да около.
— Ты мне понравилась, я не прочь продолжить общение, — вот так запросто он выливает на меня правду.
Наверное, услышь я эти слова раньше, задумалась бы. Влада практически не знала, так что они были примерно на одном уровне. Но за короткий промежуток времени тот стал родным, понятным… моим? С Давидом откровенно страшно, и так будет всегда. Он чересчур безупречен, мне до его уровня далеко. Его девушка должна быть внешне под стать, да и умом тоже. Познакомься мы до Влада, все могло бы сложиться иначе, но история не терпит сослагательного наклонения.
— У меня есть парень.
Его разочарование длится всего секунду.
— Что ж, так бывает, — Давид реагирует сдержанно, ловко маскируя истинные чувства. — Значит, не показалось.
— Ты о чем?
— Я видел вас в поселке, — он пристально следит за моей реакцией.
Внутренности холодеют, руки пробивает мелкая дрожь.
— Кому-то рассказал?! — голос срывается от нахлынувшего страха.
— Конечно, нет! Не надо так плохо обо мне думать! Кристин, ты искренне интересна мне, и не обязательно в качестве возможной девушки. Было достаточно неприятно наблюдать поведение твоего брата, да и Любовь Георгиевна недалеко ушла, когда тебя уже не было внизу. Фу, противно, — Давид кривится, будто перед ним тухлое блюдо. — Влад, из-за которого ругалась с братом?
— Да.
— То-то лицо показался знакомым.
— Знаешь его? — почему я не подумала об этом? Вполне логично, что они пересекались.
— Поверхностно, тем более давно не виделся с ним.
— Влад несколько лет жил за границей.
— Понятно. Он всегда казался своеобразным и замкнутым. Полная противоположность отца — Юрия Сергеевича. Его-то я уж получше знаю.
— Я бы не стала утверждать, что он замкнутый, — на автомате выдаю, запоздало понимая, что так и есть. В свое пространство парень впускает дозировано, впрочем, как и я.
— Значит, повезло и он действительно тебе доверяет.
— Давид, а какой Юрий Сергеевич?
Маловероятно, что Влад готов рассказывать подробности семейной жизни, надеюсь хотя бы так что-то выяснить.
— Он жесткий и бескомпромиссный. Не горю желанием когда-нибудь попасться на его пути, проглотит и не поперхнется.
— Ого… — сглатываю ком в горле, только этого не хватало.
— Я бы не хотел дальше обсуждать их семью. Давай проведем время как друзья?
— А что, так можно было? — впервые улыбаюсь в его присутствии.
— Вполне. Я же не говорил, что пылко влюблен и в случае отказа брошусь самоубиваться, — он расслабленно откидывается на спинку стула, поблескивая угольными глазами.
— Как-то не верится, — с сомнением гляжу на него, в любую минуту ожидая подвоха.
— Боже, Кристина, ты вообще никого не подпускаешь близко к сердцу?! Как ты живешь? — лишь сейчас Давид выглядит прежним, как при первой встрече, настоящим, сопереживающим.
— А ты разве не видел? — от противных воспоминаний внутренности сжимаются в комок.
— Да, видел, — он хмыкает и замолкает.
Чтобы немного остыть, оба отвлекаемся на еду. Понятно, что Давид очень непростой, но мне почему-то хочется ему верить.
— Может, тебя познакомить с моей подругой?
— По-твоему, я сам не могу найти себе вторую половинку? — он колко щурится, откладывая приборы на край тарелки. Вокруг снова накаляется атмосфера.
— Не-е-ет, — вот я дура, хочется провалиться под стол, прикрывшись скатертью.
— Кристин, ты побледнела, — раздается тихий смешок. Да он издевается надо мной! — Я пошутил, показывай подружку.
А вот фигушки ему. Все уже, раньше надо было. Обиженно игнорирую Давида.
— Ну, Крис, не дуйся. Мне на колени встать? Представляешь, как публика обрадуется неожиданному шоу. Завтра во всех местных газетах: «Наследник империи Зольниковых вымаливал прощение у дочери известного в узких кругах предпринимателя Николая Викторовича Михайлова». Как полагаешь, Владу понравится?
— Давид, — произношу с нажимом.
— Извини, перегнул, но мне так нравится тебя дразнить. Познакомь меня лучше с Владом, я стану вашим другом, тем самым третьим лишним, который вечно мешает.
— Я тебя готова ударить, после чего новости о нас опубликуют с совсем иными заголовками, — злобно кидаю в него скомканную салфетку. С одной стороны раздражает, с другой — с ним весело.
— Больше не буду, честно, — в примирительном жесте поднимает руки вверх. — Что там за подруга у тебя распрекрасная? — пытается меня задобрить.
