«Кто может мне гарантировать, – подумал Олег, взмахом руки останавливая автомобиль, – что и я не попаду под общую раздачу? И ведь есть к чему придраться. Я тоже участвовал в сомнительных операциях, выполняя поручения своего шефа. Отвертеться у меня не получится. Всегда могут сказать, что я должен был обратиться в службу внутренней безопасности, а не покрывать чьи-то преступления. Кому нужны стукачи? Их нигде не любят, и попробуй-ка объяснить людям, что теперь ты с этим завязал».
Водитель оказался говорливым кавказцем, который, недолго думая, с ходу «ввинтил» Бобрикова в самый эпицентр проблематики международной геополитики, яростно доказывая подвернувшемуся под руку собеседнику, что Россия просто откупается от Кавказа деньгами, зная о том, что большая часть денег не доходит до адресатов и оседает в карманах местных чиновников.
Олег слушал этого болтуна с обреченностью человека, который застрял в лифте с придурком. Заодно пришлось выслушать авторитетное мнение водителя о том, как можно решить транспортную проблему Москвы.
Олег все больше склонялся к той мысли, которую настойчиво подсказывала ему интуиция, что должен спасать себя сам, и как можно скорее. Пока все разберутся, что к чему, он уже будет далеко за границей, в безопасном месте. Благо кое-какие сбережения на первое время имелись, и с голоду он там точно не умрет. А ту информацию, которая у него есть, он всегда сможет выгодно продать. Пришлет пару интересных фрагментов для ознакомления, для затравочки, так сказать, а уже за остальное потребует деньги вперед.
Этот простой план казался Бобрикову правильным. Он нисколько не сомневался в том, что, продав ценные сведения, станет миллионером и сможет заниматься инвестициями. В Европе за ним не будет тянуться позорный шлейф стукача и о своем прошлом он сочинит несколько необходимых и правдоподобных баек.
Помимо болтовни у водителя имелся еще один существенный недостаток, который Бобриков, к своему неудовольствию, не обнаружил сразу. Лавируя среди многочисленных потоков машин, водитель завез его в какую-то Тмутаракань, которая ну никак не тянула на район проживания Бобрикова.
На лице водителя появилось искреннее удивление, когда Олег сообщил, что они не туда заехали.
– Куда сказали, туда и отвез, – на ломаном русском пояснил свою беспроигрышную позицию водитель.
Олег понял, что выгоднее согласиться и заплатить дважды, чем пускаться в ненужные и психически изматывающие объяснения.
– Ладно, – вздохнул он, покопавшись в бумажнике и продемонстрировав водителю крупную купюру, чтобы тот не сомневался в его платежеспособности, – вези вот по этому адресу.
Бобриков обладал развитым инстинктом самосохранения и меньше всего на свете хотел оказаться ночью в незнакомом районе.
Погрузившись в невеселые размышления и услышав какую-то мелодию, он не сразу догадался, что звонит именно его мобильный.
– Тэлэфон, – многозначительно сказал водила и подмигнул Бобрикову, как если бы они были закадычными приятелями, знавшими друг о друге нечто пикантное.
Бобриков, посмотрев на дисплей, увидел неизвестный номер. Держа заливавшийся трелью и вздрагивавший в руке мобильный, Олег, задумчиво глядя в окно, мучился дилеммой: ответить на вызов или проигнорировать. И первый, и второй варианты казались ему одинаково опасными. В конце концов, он не знает, что ждет его впереди, и, может быть, это судьбоносный звонок, который все изменит.
– Жэна, – хитро улыбаясь, высказал свое предположение таксист.
Бобриков недовольно на него покосился и нажал на кнопку ответа, понадеявшись на авось.
«Авось» оказался приятным женским голосом. Олег не сразу понял, где он мог его слышать. Все-таки в настоящий момент, да и раньше, он не состоял в длительных отношениях с девушками, поэтому трудно было уразуметь, кому и зачем он мог понадобиться.
– Олег, добрый вечер! Я вас не отвлекаю? Вы можете говорить?
– Конечно, – сдержанно улыбнувшись, ответил Бобриков и почувствовал, как его захлестывает тревога.
– Дело в том, что это серьезный разговор, и я не очень уверена, что телефон подходит для этого.
«Черт побери, кто же это?» – напряг свою память Бобриков, но в конце концов, чтобы не мучиться догадками, сдался и спросил напрямую.
– Прошу прощения, с кем я разговариваю?
Вопрос Бобрикова не вызвал предполагаемой им заминки или бури негодования.
– Это Марина, – уверенно ответила девушка, – секретарша Константина Павловича.
– Точно! – отозвался Бобриков. – Извиняюсь, совсем заработался.
– Ничего страшного. Так мы сможем сегодня увидеться?
Оборот, который принял их диалог, все меньше и меньше нравился Олегу. Судя по всему, этот разговор не предвещал ничего хорошего, кроме возникновения новых трудностей, когда Бобрикову и без того хватало проблем, в которых он увяз по уши. С другой стороны, он не хотел отказываться от этой встречи.
– Вы можете ко мне подъехать? – спросил Бобриков, подумав, что так будет и быстрее, и надежнее. Тем более сегодня ночью он все равно сваливает из страны, и терять ему абсолютно нечего. Уже завтра его квартира будет пустой.
– Диктуйте адрес. Я запишу.
