– Потому что я не знал, что вы предпримете с этим знанием, Итан. Самоубийство? Бегство? Попытаетесь выжить в одиночку? Но теперь я понимаю, что вы один из редчайших уникумов.
– Что вы имеете в виду?
– Люди в городе по большей части не способны совладать с правдой о том, что находится вовне. Но вы… вы не способны совладать с ложью. С незнанием. Вы первый из жителей, с которым я поделился хоть чем-либо из этого. Конечно, трудности, с которыми вы столкнулись, просто сокрушили вашу семью.
Обернувшись, Итан опалил Пилчера взглядом.
– Зачем вы притащили их сюда?
– Я даю вам выбор, Итан. Они ничего не знают о мире за пределами Сосен. Зато вы знаете. Скажите только слово, и я оставлю вас здесь, в этом поле, вместе с вашей семьей. Дорожная сумка набита продуктами и припасами, есть даже несколько предметов оружия. Вы человек, который хочет все делать по-своему, и я это уважаю. Если это для вас важнее всего – получайте. Вы можете царствовать здесь, в аду, или служить в раю, вернувшись в Сосны. Выбирать вам. Но если вы вернетесь обратно в Сосны, если вы хотите для своей семьи, для себя тамошней безопасности и поддержки, то на моих условиях. А мои условия, Итан, сопровождаются суровыми штрафными санкциями. Если вы меня подведете, если вы меня предадите, я заставлю вас смотреть, а сам возьму вашего сына и…
Тут монолог Пилчера был прерван внезапным шумом. Поначалу Итан подумал, что кто-то запустил в лесу отбойный молоток, но затем страх полоснул его прямо по глазам.
Это было
– Заводите «вертушку»! Они идут! – взорвался в наушниках голос Пэм.
Пилчер поглядел в кокпит.
– Вытаскивайте нас отсюда.
– Уже приступил, босс.
Итан услышал, как разгоняются турбины BK117, услышал громовой грохот дробовика Пэм. Перебрался к окну, глядя на опушку леса, где оружейный огонь стал громче.
В вертолете уже стало слишком шумно, чтобы разговаривать, так что он натянул свои наушники и жестом попросил Пилчера поступить точно так же.
– Что я должен для вас сделать? – спросил Итан.
– Помочь мне управлять Соснами. Изнутри. Это дьявольская работа, но вы для нее созданы.
– А разве не этим занимается Поуп?
Итан заметил движение среди деревьев, когда турбины уже перешли на вой и кабина завибрировала от возрастающих оборотов.
Поуп и Пэм, пятясь, выскочили из леса на поляну.
Три абера выпрыгнули на опушку, и Поуп срезал двоих длинной автоматной очередью, а Пэм тем временем всадила пару зарядов картечи в грудь третьему.
Бросившись к противоположному борту, Итан выглянул из окна.
– Пилчер!
– Что?
– Дайте мне свой пистолет.
– Зачем?
Итан постучал по стеклу, указав на свору аберов, показавшуюся в дальнем конце поляны – не меньше четверых, и все они устремились к Пэм и Поупу стремительным, низким спринтом на всех четырех конечностях.
– Вы со мной, Итан?
– Они погибнут.
– Вы со мной?
Итан кивнул.
Пилчер шлепнул ствол калибра 357 ему в ладонь.
Сорвав наушники, Итан крикнул в кокпит:
– Долго еще?
– Тридцать секунд!
Распахнув дверь, Итан спрыгнул в траву.
Шум и ветер от винтов буквально трубили в ушах.
Поуп и Пэм были уже в пятидесяти ярдах, по-прежнему пятясь к вертушке, поливая лес лавиной подавляющего огня.
Они уже прикончили дюжину тварей – бледные трупы были разметаны по траве, – но те все прибывали.
В таких количествах, что и не сосчитаешь.
Итан побежал в противоположном направлении.
В двадцати ярдах за «стрекозкой» он остановился, расставив ноги покрепче на ширине плеч.
Посмотрел на револьвер в руке – самовзводный «Ругер» с барабаном на шесть патронов.
Поднял его.
Посмотрел вдоль ствола.
Пять бестий неслись во весь опор.
Взвел курок; лихорадочные автоматные очереди и рявканье двенадцатого калибра перекрывали вой турбин.
Аберы были уже в тридцати футах, и Итан подумал: «
Взял на мушку тварь в центре, и как только та оказалась на пике скачка, выпустил пулю, которая снесла ей макушку, подняв фонтан кровавых брызг.
Ну, хотя бы экспансивные пули с полым наконечником.
Остальные четыре продолжали бег как ни в чем не бывало.
Осталось двадцать футов.
Итан снял двух аберов слева – по одному выстрелу каждому в рожу.
Четвертому попал в горло.
Последний абер был уже в десяти футах.
Достаточно близко, чтобы его учуять.
Итан выстрелил, когда тот прыгнул; пуля лишь чиркнула ему по ноге. Итан поправил прицел, когда абер ракетой устремился к нему.
Он взвел курок и нажал на спусковой крючок в тот момент, когда зверь прыгнул, ощерив зубы, своим верещанием с такой близкой дистанции заглушая турбины.
Пройдя между зубов, пуля вынесла твари затылок, взорвавшийся ошметками костей и мозгов в тот самый миг, когда она врезалась в Итана.
Он не шевелился.
Оглушенный.
