Лаврентьева на экране сменил Карем Раш, прославившийся своей деятельностью в детском фехтовальном клубе "Виктория". -- Я создал тогда, -говорит он возбужденно, -- целенаправленную программу воспитания гармонично развитого человека. Художник Владимир Петрович Сокол вырезал герб "Виктории". Клуб имел свой кодекс мушкетерской чести. Последняя заповедь кодекса клятвенно произносилась при приеме ополченца в мушкетеры: "Береги, защищай и уважай свое имя, престиж своего учителя, цвета своего общества и знамя своей страны". -- В Анаукс, -- говорит вновь появившийся Ром Леафару, -- большое внимани уделялось развитию эстетических вкусов и любви к музыке у детей. В Анаукс работает музыкальная школа, созданы детские музыкальные оркестры, которые прославились не только в Анаукс, но и за ее пределами. Вообще рассказать обо всех начинаниях Анаукс в одной беседе невозможно, дорогой друг. -- В этой моей книге я описываю все подробно и не сомневаюсь, что, прочитав ее, ты проникнешься такими же чувствами к этой маленькой замечательной стране. -- Но, мой любезный, -- сказал Леафар, -- я, право же, затрудняюсь тебя понять. Ты воспроизвел картину некоего идеального места, где нет никаких изъянов. Так почему же ты дал своей книге такое название и предисловие к ней начал со слов: "Сегодня мне плохо. Я проводил навсегда очередного из своих талантливейших коллег и любимейших из друзей, который покинул эту уникальную, так горячо любимую мной республику". Я бы хотел именно об этом с тобой поговорить, однако прежде позволь пригласить тебя на чашку восточного кофе. Как я пониманию, ранее ты только констатировал факты из жизни твоей любимой Анаукс. Сейчас же тебе придется произвести анализ того, что же побудило тебя прийти к такому заключению, суть которого обозначена на титульном листе твоей книги. -- Ты прав, любезный друг, -сказал Ром. Он встает со скамейки, кладет руку на плечо Леафару, и они оба уходят, чтобы вновь вернуться отдохнувшими и повеселевшими. -- Ну что ж, друг мой, -- начал Ром, -- нам предстоит с тобой нелегкая работа: вместе ответить на вопрос, который я обозначил в названии своей книги. Конечно, сейчас это нелегко будет сделать, ведь тебе еще нужно прочитать всю книгу, в которой ты обнаружишь массу дополнительной информации и деталей, -- говорить о них не хватит имеющегося в нашем распоряжении времени. -- Да, мой друг, -говорит Леафар, -- я понимаю, но искренне хочу помочь тебе разобраться и самому обрести опыт в этой области жизни, дабы использовать его в моих дальнейших трудах... Так что наша с тобой беседа и мне не менее необходима. Итак, я весь внимание. -- Благодарю тебя, любезный, -- начинает Ром. -Анаукс, как я тебе говорил, была создана в ту пору, когда Держава пыталась сбросить путы тоталитаризма. Но потенциал социальнополитических сил, которые олицетворяли эти устремления, был слишком слаб. Держава жила во власти догм правящего Ордена, который не желал от них избавляться. И более всего он боялся потерять свою власть и контроль над обществом в условиях свободы и демократии, ростки которой начали слабо прорастать. Поэтому легкомысленного, по их понятиям, правителя, пришедшего на смену тирану, тихо сместили и стали восстанавливать прежние порядки. -- И что же они восстановили тиранию вновь в ее прежнем виде?! -- спрашивает эмоционально Леафар. -- Ну как тебе сказать, конечно, в том виде они уже не могли ее восстановить. Ведь предыдущий правитель успел открыть обществу глаза на многие преступления тирана и его окружения против своего народа. Поэтому они действовали более осторожно. Общество захлестнуло лицемерие, лживость, самообман, всеобщее восхваление Правителя и успехов в общественном развитии при отсутствии таковых. Все это не могло не сказаться на экономическом состоянии Державы, которую охватила стагнация. А в условиях динамично развивающегося вокруг мира Держава начала катастрофически отставать внаучнотехническом развитии. -- И конечно, это все не могло не сказаться на Анаукс, -- вставил Леафар. -Естественно. Например, когда эта свободолюбивая республика впервые столкнулась с ограничением свобод, на знамени которой она создавалась, это было подобно шоку... -- А в чем же это проявлялось конкретно? -- спросил Леафар, прищурив глаза и пытаясь вникнуть в смысл сказанного.