Каким-то образом мы выбегаем на узкую тропинку. Я спотыкаюсь, но Нейтан успевает подхватить меня, и мы тормозим. Кровь шумит в ушах, а сердце вот-вот выскочит из груди и побежит дальше, оставив здесь мое бездыханное тело.
– Ты не ранена? – слышу я обеспокоенный голос Нейтана.
Он приближает мое лицо, будто это поможет лучше разглядеть меня в темноте, а затем его ладони лихорадочно ощупывают мое тело.
– Нет… кажется… а ты? – С каждым словом хватаю побольше воздуха, пытаясь отдышаться и осторожно касаюсь его.
– Нет.
Нейтан идет дальше, а я на ходу отряхиваю одежду и ладони от налипшей грязи. С каждым вдохом ощущаю острое покалывание в боку. Бежать я точно больше не в состоянии.
– Они будут нас преследовать, Нейт?
Боязливо оборачиваюсь, не надеясь разглядеть что-либо в темноте, и пытаюсь вслушаться, но лесной воздух наполняет лишь стрекот сверчков.
– Нет.
– Ты так уверен?
Пытаюсь не отставать от Нейтана, хотя с каждым шагом становится все труднее передвигать отяжелевшие ноги.
– Ты слышала Квентина. Он приказал нас не искать, – отрезает Дивер, даже не обернувшись.
– Тогда стой, – прошу, я задыхаясь. – Мне надо… надо прийти в себя, иначе меня стошнит моими же легкими.
Согнувшись, я упираюсь ладонями в дрожащие колени. Меня бьет озноб, конечности немеют и болят, а внутренности сдавило. Даже под дулом пистолета я чувствовала себя лучше.
– А что вообще сказал Квентин? Нейт, почему он сказал, что ты вернешься? А еще что-то на латыни, кажется…
– Неважно. Он просто старый маразматик, не забивай этим голову.
– Как мы вообще выбрались? – недоумеваю я. – Ты ведь выстрелил…
– Выстрелил, – его голос звучит ближе, но я слышу в нем злость, заставляющую меня поднять взгляд на него. Побелевшее лицо Нейтана выделяется даже в кромешном мраке, а его тон становится несдержаннее, когда он продолжает: – В электрический щиток позади тебя. Заметил его в последний момент. И пока эти ублюдки метались в темноте, я повалил тебя на пол, чтобы пули не задели. Потом потащил к выходу, прячась за колоннами.
– Жесть… – выдыхаю я и пытаюсь выпрямиться, ощутив, словно по каждому позвонку в спине кто-то ударил молотком. – Спасибо…
– «Спасибо»?! – возмущенно шипит Нейтан, рывком приближаясь ко мне. – Какого черта это было вообще? Что ты там устроила?!
– Что? Я?
– Умереть там хотела?! Правда ждала, что я выстрелю в тебя? До сих пор думаешь, что я могу навредить тебе?! Ты же не серьезно это, да? Скажи, что не серьезно…
– Нейт, знаю… просить тебя о таком было несправедливо. – Я зажмуриваюсь, не выдержав его потерянного взгляда. – Но я не хотела, чтобы стало хуже, пойми. Я просто… не видела другого выхода, правда…
Шумный прерывистый выдох Дивера обжигает мое лицо, и он прижимает свой лоб к моему. Потом он нежно касается моих щек пальцами и, тяжело сглотнув, произносит:
– Послушай меня, Изабель. И запомни. Раз и навсегда. Я никогда, никогда не наврежу тебе. И другим не позволю. И «жить дальше» без тебя я тоже не способен. Я скорее вырву собственное сердце из груди и продолжу жить без него, чем без тебя, слышишь?
Мое дыхание снова перехватывает. Слова Нейтана словно собирают мое истерзанное сердце по кусочкам, а его нежный взгляд залечивает раны. Я ведь правда собиралась умереть в том проклятом заброшенном здании, в окружении бандитов, от рук любимого человека. Это полное безумие. Я плачу и не замечаю собственных слез, пока они не начинают растекаться на губах. Утыкаюсь лицом в его грудь, согреваясь теплом тела и рук, бережно обнимающих меня.
– Бель… я должен кое-что спросить…
– В чем дело? – Я немного отстраняюсь, чтобы взглянуть ему в лицо, и читаю на нем беспокойство.
– Ты правда хотела уйти от меня? – дрожащий голос Нейтана заставляет сердце болезненно сжаться и ощутить чувство вины. А потом… обиду.
Выскользнув из его объятий, я отхожу и пытаюсь не споткнуться в темноте о какую-нибудь ветку или камень.
– Ага, – отвечаю я и напрягаю слух, услышав шум воды где-то неподалеку.
– Я думал… мне казалось, у нас все было хорошо. Почему? Что я сделал не так?
Голос Нейтана звучит растерянно, и от того злиться на него сложнее. Но, вспоминая его равнодушные слова, я вновь ощущаю горечь.
– Просто хотела облегчить твою ношу, – бросаю я, шагая вперед, но мне не удается сохранить ровный тон. – Избавить тебя от приставучей занозы в заднице.
– Бель… – слышу я вздох Нейтана позади, – говорил же тебе, что я это не всерьез.
– Ага, а с Рейвен ты звучал очень даже серьезно.
Несколько мгновений он молчит, и я чувствую, что он смотрит на меня.
– Черт. И много ты слышала?
– Достаточно.
Судя по треску веток за спиной, Дивер идет за мной, и я радуюсь, что он не видит, как я напряжена и как слезятся мои глаза. Не могу унять это мерзкое чувство. Когда я случайно услышала из окна их «дружеский» разговор, мне стало настолько гадко, что я правда собиралась уйти, даже вещи собрала. Но дальше крыльца бара пройти не удалось, потому что ублюдки Луис и Донни увидели и схватили меня.
