Когда он произнес ее имя, мое сердце чуть не вырвалось из грудной клетки, а пульс оглушающе застучал в ушах. Неужели я наконец услышу правду из мерзких уст самого Леннарда? Но что я буду делать с этой правдой? И почему Нейтан делает все это?
Леннард молчит, часто дыша и хлюпая носом, и тогда Нейтан, бледный от злости, резко проводит лезвием по его груди. Кайл скулит, плача, а я зажимаю ладонью рот, чтобы не закричать.
– Сука, не беси меня! – рычит Дивер ему в лицо.
– Да не знал я! – хнычет Леннард. – Боже, я не знал!
Мы с Нейтаном растерянно переглядываемся.
– Чего не знал?
– Н-не знал, что она… – всхлип, – так отреагирует…
Противная холодная дрожь бежит по всему телу, а глаза будто застилает туман, и я едва держусь на ослабевших ногах.
Я выслушаю его. Я выдержу это. Ради Элайзы.
– Ты серьезно?! – шипит Нейтан на дрожащего Кайла. – Изнасиловал девушку и думал, что она тебе спасибо скажет?
– Но я же не думал, что она убьет себя, – замотав головой, лепечет он. – Не строй она из себя недотрогу, все было бы проще! Осталась бы жива!
– Гребаный урод… – едва слышно шепчу я, потому что бессильная ярость сжимает мне горло.
Дивер замахивается кулаком над лицом Кайла, и я слышу звук удара. Лихорадочно задергав ногами, Леннард пытается отползти подальше от Нейтана, но тот успевает пригвоздить его ножом к земле за штанину.
– Ну уж нет, сученыш, мы с тобой еще не закончили.
– Кто ты? Зачем т… – тут Дивер снова заталкивает кляп ему в рот.
– Что будем с ним делать? – Нейтан поворачивается ко мне, и я вглядываюсь в темноту его глаз, с тревогой пытаясь понять, что он собирается делать.
– Я не знаю… – я растерянно мотаю головой, схватившись за волосы.
Нейтан, потирая сбитую кожу на правой руке, неспешно идет к машине и снова отпивает из бутылки. Я не могу пошевелиться и даже не в силах смотреть на жалкого, дрожащего от страха Леннарда; да меня и саму трясет.
– Хочешь, убьем его? – говорит Нейтан, подходя ко мне и протягивая бутылку.
Я забираю ее трясущимися руками и тоже отпиваю, заставив себя проглотить отвратительную, жгущую горло жидкость. Будто это чем-то поможет. Нейтан приподнимает мое лицо за подбородок и глядит в глаза:
– Или все еще считаешь, что это нецивилизованно? А то, что он сделал с твоей сестрой, цивилизованно?
Зубы стучат то ли от холода, то ли от шока, и вместо ответа я лишь отрицательно качаю головой. Нейтан мягко проводит пальцем по моей щеке, и на долю секунды я прикрываю веки, пока он не говорит:
– Подержи-ка, есть идея.
Он сует мне в руки бутылку и снова возвращается к Леннарду, который все это время всхлипывает, валяясь на земле.
Боже мой, что вообще у Дивера на уме сейчас? Как бы я хотела уметь читать его мысли! Его безумные, непредсказуемые мысли.
Он набрасывается на Леннарда и всем своим весом прижимает его к земле. Я замечаю, как поблескивает в руке Нейтана лезвие, и в следующую секунду до меня доносится звук разрывающейся ткани и всхлипы Леннарда. Разрезав футболку на груди Кайла, Нейтан проводит лезвием прямо по его коже, и тот начинает кричать от страха и боли, но Дивер продолжает медленно наносить порез за порезом, а я зажмуриваюсь, пока ледяной ужас пронизывает все мое тело, кости и неистово колотящееся сердце.
Я и прежде видела Нейтана злым. Я видела, как он терял контроль над собой, как впадал в бешенство и как раздражался. Но я никогда не видела его таким. Хладнокровным, жестоким, отрешенным. Словно он занимается резьбой по дереву, а не по человеческому телу. И даже если этот человек – такое ничтожество, как Леннард, мне невыносимо слышать его приглушенные кляпом вскрики и болезненные стоны.
– Твою мать, этот гаденыш обоссался! – вдруг кричит Нейтан, вскочив с земли.
Отбросив нож куда-то в сторону, он подходит ко мне и забирает бутылку, а свободной рукой хватает меня локоть и подталкивает ближе к Леннарду, но я не могу заставить себя даже взглянуть на него.
– Прошу… – я уже не подавляю всхлипов, – хватит…
– Хватит? Бель, да мы только начали, – кривая улыбка скользит по его лицу, а потом он переворачивает бутылку и обрызгивает ее содержимым исполосованную грудь Кайла.
Истошный болезненный рев Леннарда пронзает слух, и я в ужасе смотрю на Дивера.
– Что? – он невинно глядит на меня. – Водка – отличный антисептик! – Достает из кармана зажигалку, и, щелкнув ей прямо над Кайлом, с энтузиазмом предлагает: – Или мы можем его поджечь!
– Господи… – шепчу я, глядя на него, и пытаюсь понять, как этот парень с безумным, пустым взглядом может быть Нейтаном. Тем, кто был добр ко мне. Тем, кто плакал у меня на груди. Тем, кто смотрел со мной фильм пару часов назад.
