Я прихожу в себя, лишь когда порыв прохладного ветра напоминает мне о том, что я стою в одной футболке снаружи трейлера и вглядываюсь в темноту леса, где исчезла машина Дивера. Съежившись, я обнимаю себя за плечи, чтобы согреться, и опускаюсь на ступеньку у входа в трейлер. Сердце колотится так, словно я пробежала марафон, но я лишь пытаюсь понять: какого черта только что произошло? И почему Нейтан так вспылил? Куда он сорвался? Когда он вернется? И… Вернется ли вообще? Боже. Что, если он уехал навсегда?!
Глубоко вздыхаю и пытаюсь успокоиться, вслушиваясь в шелест листьев на ветру.
Нет. Это не может быть конец. Нейтан не может просто так уехать. До его отъезда еще несколько дней. Он даже не забрал свои вещи. Он не может оставить меня одну и не попрощаться. Я в это не верю. Я не хочу в это верить.
И тут до меня доходит. Я не разозлила Нейтана, как бывало раньше. Нет. Впервые, я, кажется, обидела его. Сама того не понимая, сделала ему больно. Словами. Глупыми, необдуманными словами. И он даже не дал мне объясниться. Боже мой. Неужели это был наш последний разговор? И моими прощальными словами ему будут те, что так обидели его? Какая же я идиотка!
Тяжесть сдавила грудь, и сердце болезненно сжимается от этих мыслей, и сил у меня остается лишь на то, чтобы сесть прямо на землю и устало уткнуться лицом в поджатые колени.
Похоже, я провалилась в сон, из которого меня выдергивает знакомый звук мотора, и мое сердце тут же начинает бешено биться. Все тело онемело, будто я просидела бездвижно не один час. Поднимаю голову, и меня ослепляют фары. Машина со скрежетом тормозит в нескольких футах от меня, подняв с земли клубы пыли. Когда я могу наконец хоть что-нибудь видеть, то различаю силуэт Дивера, неспешно выходящего из машины. Я тут же встаю и, качаясь на затекших ногах, спешу к нему.
– Нейтан, где ты… – радость от его появления сменяется паникой, когда я замечаю бурые пятна на его белоснежной футболке. – Это что, кровь?! – лепечу я, хватаясь за окровавленную ткань на его груди.
Проследив стеклянным взглядом за моей рукой, он словно впервые замечает это пятно. На секунду он будто удивляется, но тут же снова становится хмурым.
– Все в порядке, она не моя.
Небрежно убрав мою руку со своей груди, он разворачивается и направляется к багажнику машины, и только теперь я слышу приглушенные стуки, исходящие оттуда.
– Что происхо…
Я застываю на месте, когда вижу, что Дивер вытаскивает из багажника. Вернее, кого. Парень рядом с Нейтаном выглядит довольно щуплым и среднего роста. На его глазах какая-то темная тряпка, служащая, судя по всему, повязкой; во рту кляп из такого же куска ткани, а руки связаны чем-то сзади. Рыжие волосы, слипшиеся от запекшейся крови на затылке…
Все вдруг болезненно сжалось внутри меня. Это Леннард.
– Ну же, шевелись, дерьма кусок! – рычит Нейтан, таща его за шкирку.
Дивер швыряет Леннарда на землю, и тот падает на колени прямо передо мной. Я продолжаю стоять как вкопанная и могу лишь наблюдать за Нейтаном, который даже не взглянул на меня.
Снова подойдя к багажнику, он достает оттуда полупустую бутылку – наверное, с каким-то очередным пойлом. Леннард хнычет, опустив голову, пока Нейтан делает большой глоток из бутылки. Он морщится и шумно выдыхает, злобно глядя на Кайла. Весь вид Дивера выдает гневное напряжение, а замутненный взгляд и сжатые кулаки не предвещают ничего хорошего.
– Нейтан? – шепчу я, собрав последние силы.
Я ловлю его короткий, пустой взгляд, и через секунду он отворачивается. Оставив бутылку на крыше машины, он подходит к трясущемуся Леннарду, который мычит что-то невнятное. Вытащив кляп, Нейтан наклоняется, чтобы процедить ему в лицо:
– Скажи мне, Леннард. Тебе никто не дает добровольно, и поэтому ты девушек насилуешь?
– Что за… – мерзкий голос Кайла срывается от всхлипов. – Кто ты?
Он пытается встать, но Нейтан резко хватает его за шею и приподнимает.
– Я задал вопрос! – взяв его за горло, шипит Дивер и сжимает пальцы все сильнее, пока Леннард отчаянно пытается глотать воздух.
Трясущимися руками я одергиваю Нейтана за плечо, и лишь тогда он перестает душить Кайла, отшвырнув его обратно на землю.
«Боже мой, да что он творит?!»
– Ч-что… – Леннард сдавленно хрипит, пытаясь восстановить дыхание, – что тебе нужно?! Д-деньги? У моих родителей есть, сколько захочешь, только отпусти меня! – отчаянно просит он.
В глазах Дивера загорается ярость, и в следующую секунду он снова приближается к запуганному Леннарду и прикладывает лезвие откуда-то взявшегося ножа к его щеке.
– Еще одно слово не по теме, и я тебе эти деньги в задницу засуну, щенок. – Он надавливает на лезвие, и я вижу, как из-под него выступает кровь. Кажется, я и сама начинаю плакать от страха одновременно с Леннардом. – Дважды повторять не стану, – шипит Нейтан. – Элайза. Харт.
