Вдруг чья-то рука ложится на мое плечо, я вздрагиваю и, резко обернувшись, врезаюсь в чью-то грудь. Дивер. Его большие руки обнимают меня так сильно, что становится трудно дышать. Но я дышу так глубоко, как могу, чтобы почувствовать его аромат, уже ставший для меня родным. И я, забыв обиду, крепко обнимаю его в ответ. Обнимаю, насколько хватает сил. Чтобы запомнить его. Запомнить то, как его горячее сердце бешено колотится в такт моему. Как его пальцы мертвой хваткой впиваются в мои ребра, но это приносит такое удовольствие, что затмевает боль. Как его ладонь на моем затылке лишь сильнее прижимает меня к нему. Как его тяжелое дыхание ощущается на моих волосах. Как жар его тела обжигает мое даже через одежду.
Я больше не прячу слезы, позволяя себе громко всхлипывать. Его теплые ладони лихорадочно гладят меня по волосам, спине, лицу, рукам, словно он пытается коснуться каждого дюйма моего тела, обнять меня всю перед тем, как отпустить.
Хочется отстраниться и спросить его, какого черта он себе позволяет, но я не смею портить этот момент. Если это наше прощание, то хватит ссор и напряжения. Его объятия – это все, что мне сейчас нужно.
Так я думаю, пока не слышу, как он шепчет едва разборчиво, уткнувшись носом мне в макушку:
– Садись в машину.
И я замираю, а в следующую секунду мое сердце радостно подпрыгивает в груди. Я не ослышалась? Нейтан хочет, чтобы я вернулась?
Пусть я идиотка, но, решив не спорить и не переспрашивать, я вырываюсь из его объятий и шагаю назад, к машине. Быстро обернувшись на ходу, вижу, что сам он стоит на том же месте, смотря куда-то себе под ноги. Сев обратно в машину, я продолжаю наблюдать через лобовое стекло, как он стоит на обочине, освещенной фарами, и ковыряет землю носком ботинка. В этот момент я мечтаю, чтобы над Нейтаном Дивером всегда висела неоновая вывеска, которая транслировала бы все его мысли. Потому что эти перепады настроения невыносимы.
Наконец Нейтан возвращается в машину и плюхается на сиденье. Все еще не глядя на меня, он судорожно вздыхает, грубо потирая лицо ладонями.
– Что за черт, Дивер? – не выдерживаю я. – Что происходит? Ты хочешь избавиться от меня или чтобы я осталась?!
– Я просто… запутался, – он прислоняется лбом к своим ладоням, сжимающим руль. – И устал, очень устал… – Не отрываясь от руля, он поворачивается ко мне, и я вижу это в его глазах. И я не могу злиться на него.
– Я тоже устала, – смягчившись, тихо говорю я, и Нейтан грустно улыбается в ответ. Но гордость заставляет меня продолжить: – Но ты не можешь постоянно отталкивать меня, возвращать и снова отталкивать! Это нечестно…
– Знаю, знаю… – Его голос непривычно слабый и неуверенный. Так непохоже на Дивера. – Прости, Бель. Ты заслуживаешь лучшего, но я не хочу тебя отпускать. Думал, что смогу, ради твоей безопасности.
Нейтан лениво выпрямляется на сиденье и берет меня за руку своей большой грубой ладонью, и его длинные татуированные пальцы играют с моими, которые кажутся до глупости маленькими по сравнению с его. А я, как настоящая дурочка, не могу сдержать улыбку, пока он продолжает:
– Не обижайся, мне нравится твой вид сзади. Особенно в этих джинсах… – Он на секунду ухмыляется, но снова становится серьезным. – Но смотреть на то, как ты уходишь… я просто не смог, – едва слышно шепчет он.
По мне словно разряд пустили, и я сжала его ладонь обеими руками. Слышать подобное от Нейтана непривычно. Он редко говорит о своих чувствах. Но сейчас его слова, взгляд, прикосновения… Все пронизано такой искренностью и теплом, что я смущенно отвожу взгляд. Я не в силах возражать или сопротивляться. Вся моя злость и обида испарились, а мягкий взгляд его серо-зеленых глаз успокаивает меня и вселяет веру в то, что когда-нибудь все будет в порядке. Нейтан вдруг хмурится и спрашивает:
– Это эгоистично, да?
Я безрадостно усмехаюсь.
– Эгоистично то, что ты даже не спросил, чего хочу я.
Он досадливо зажмурился и вздохнул.
– Черт… Ты права, я точно ублюдок, – он качает головой. – А чего ты хочешь, Бель?
Теперь, глядя прямо в глаза Нейтану и держа его за руку, я точно знаю ответ.
– Я просто устала копаться в прошлом и бояться будущего. Я хочу жить. Сейчас. С тобой… – уже тише добавляю я.
Свободной рукой он касается моего лица и слегка приподнимает за подбородок. Его пальцы медленно скользят по коже, мягко обводя мои губы, нос, щеки.
– Тогда рад сообщить, что наши желания совпадают, – он устало улыбается, и я прижимаюсь щекой к его теплой ладони.
– Куда мы поедем?
– Куда хочешь? – спрашивает Дивер совершенно серьезно, без издевки, и это зарождает в моей груди трепет и приятное волнение, какое бывает перед долгожданной поездкой.
– Ты когда-нибудь видел океан?
– Нет. А ты?
– Однажды, – тихонько вздыхаю я, вспомнив наши с Элайзой и Рейли каникулы на побережье. – Он прекрасен, ты должен его увидеть. Я хочу показать тебе океан, – воодушевившись, я еще сильнее прижимаюсь к его ладони, поглаживая ее.
– Значит, решено. – Он улыбается, а его взгляд оживляется. – Как окажемся в Канаде, сразу отправимся к океану.
