Я тяжело выдохнул. Злость прошла. Все прошло. Осталась только моя решимость. Я помялся еще немного и пошел к Кириллу в комнату. Он сидел на подоконнике и курил. Такой хрупкий, такой … потрясающий. В нем всегда был какой-то стержень, казалось, что он справится с любой трудностью. Это всегда читалось в его осанке, в его манерах. Сейчас он словно был сломлен, словно его мир рухнул. Он был таким потерянным и незащищенным, что я невольно чувствовал себя тем, кто должен быть рядом, тем, кто спрячет его от всех переживаний. Его тонкие длинные пальцы сжимали сигарету так сильно, что она переломилась. Он вздохнул, выпустил дым через нос и внимательно посмотрел на меня.
- Чтобы ты не решил, пожалуйста, не делай этого, - прохрипел он.
Я подошел к нему и снял его с подоконника, он оказался даже легче, чем я думал. Сигарета упала на пол.
- Даня… - сказал Кирилл тихо. - Даня, не надо….
Мне было все равно, что он там лепечет и по каким причинам. Я поставил его к себе на ноги, чтобы он был чуть повыше и прижал к стенке. Мое лицо приблизилось к его лицу близко-близко, но я так и не решался сделать последний шаг. Кирилл посмотрел на меня умоляюще в последний раз, а потом выдохнул и закрыл глаза. «Come what may»[28], - произнес он (Кирилл часто переходит на английский в из ряда вон выходящих ситуациях). Его дыхание обжигало мое лицо. Я провел пальцем по его нижней губе, затем подбородку. Я рассмотрел каждую его черточку, каждую ресничку. У него шикарные ресницы… длинные и почти прямые… Кирилл открыл глаза и слегка улыбнулся. Так может улыбаться только он. В этой улыбке, да что там улыбке, это и не улыбка вовсе, так легкая ухмылка на одну сторону. Но в ней секс в чистом виде, без каких-либо примесей. Теперь он смотрел на меня полуразватным взглядом, типа ну и что же ты медлишь? А я, между тем, смотрел на его губы, как на холодное вкусное мороженное в летний день, не зная с какой стороны начать кусать. Наконец, я провел языком по его верхней губе, пробуя ее на вкус – сладкая. Клубничный бальзам для губ. Затем я провел языком по его нижней губе и слегка прикусил ее, он снова закрыл глаза. Я сделал то же самое, потому что все равно все перед глазами поплыло. Меня опять пробило дрожью, и я, наконец-то, поцеловал его по-настоящему. Ощущение было, как тогда, от текилы, как будто я пьяный в хлам. Я никогда ни с кем до этого так не целовался, так, что сердце иногда останавливалось. Я то кусал его губы, то нежно их целовал, мне то хотелось быть страстным, грубым и сумасшедшим, то нежным, любящим и аккуратным. Во мне проснулась такая буря эмоций и ощущений, что иногда мне казалось, что меня вот-вот разорвет на части.
Кирилл запустил пальцы одной руки мне в волосы, другой рукой слегка царапал и пощипывал мне шею. Я чувствовал, что ноги меня почти не держат, и поменял нас местами, не отрываясь от его губ, сам облокотился на стену, а его прижал поближе к себе. Он высвободил свои губы и начал целовать мне шею, затем он провел рукой у меня под футболкой по груди, начал спускаться к животу … И в глазах потемнело… Я почувствовал, что больно ударился головой, после чего меня вырубило.
Кирилл:
Как же я испугался, когда Даня меня поцеловал, это было, конечно, шикарно, так меня еще никто никогда не целовал, но все же мне было страшно. Вдруг он развернется и уйдет, навсегда? Теперь, после всего, что было, я просто не могу его потерять. Но я испугался гораздо сильнее, когда он неожиданно потерял сознание. Я похлопал его по щекам, позвал по имени. Слава Богу, он быстро пришел в себя.
- Эй, ты как?
- Офигенно, - простонал он. - Хочу еще, - и притянул меня к себе.
- Ну, ты чего, полегче! Ты только что валялся без созна … , - он быстро заткнул мне рот, поцелуем.
Не вдаваясь в подробности, скажу, что облизали мы друг друга, конечно, не хило, но, секса у нас так и не случилось – Даню вырубало каждый раз, когда я пытался перейти к чему-то большему. Признаюсь, я был обескуражен и слегка разочарован. После того, как он четвертый раз потерял сознание, он и сам забеспокоился.
- Честно, раньше такого не было, - смущенно сказал он, а я покатился со смеху.
- Ты как в хорошей комедии, - сказал я, вытирая слезы. – Ну, ничего, я всегда мечтал потрогать тебя под футболкой. Будем считать, что этого достаточно. Выглядишь шикарно!
Даня лежал вытянувшись на полу, положив руки за голову. Мне не верилось, что это происходит на самом деле. Он, мой Прекрасный Принц, тут, со мной, да еще и полураздетый, да еще и по собственной инициативе. Я перестал думать о финале этой истории, будь, как будет.
- Да ну тебя, - проворчал он обиженно. - Может я заболел?
- Терять сознание при оргазмах – это не болезнь, это бывает, - начал я деловито, - а вот оргазмы без секса… ну, в тринадцать лет – это тоже нормально. Ты мне врал, тебе тринадцать?
- Иди ты, - я начал ржать. - Кирилл, перестать! – потом он тоже рассмеялся. – Я пойду в душ, - сказал он, успокоившись, вообще, смех у нас у обоих был какой-то нервный. - А ты поищи в интернете, что это такое, и что с этим делать.
