Только в этом случае жертвой была Тарида и отнюдь не такой беззащитной, как с восхищением заметил Ласка. На земле уже лежал мужчина, который с хрипом испустив свой последний вздох, направился к Сольтару, а два других негодяя, сквернословя, пытались добраться до жертвы со своими дубинками. Но та изящно танцевала перед ними туда-сюда, плетя в воздухе тонкой, но острой рапирой паутину из стали, и изысканными словами издеваясь над их происхождением и мужественностью.
Одна из её целенаправленных подначек была настолько колкой, что даже сам Ласка вздрогнул и поморщился, в то время как один из нападавших недоверчиво уставился на неё и на мгновение даже опустил свою дубинку. Видимо, её слова так сильно его ранили, что он совсем забыл, что сталь тоже может колоть.
В следующий момент ему об этом напомнили, так как острый клинок дёрнулся вперёд и вонзился ему в плечо. Со стоном и проклятием, мужчина уронил свою дубинку и отшатнулся, что заставило последнего из мужчин отступить от девушки-барда ещё дальше.
Он залез под камзол и вытащил два метательных ножа, в то время как его раненый дружок, ругаясь, подначивал, наконец, прикончить эту бешеную суку, чтобы они моги убежать…
— Даже не пытайся, — крикнула Тарида, угрожающе подняв рапиру. — До сих пор я развлекалась небольшой беседой среди друзей, но если ты кинешь в меня нож… ей! — запротестовала она, а в это время её рапира уже дёрнулась вперёд и отбила брошенный со всей силы кинжал, так что он, не нанеся никакого вреда, ударился о стену позади неё. — Я тебя предупреждала!
Она выполнила быстрое движение руки, словно нападающая гадюка, и из её пальцев вырвалась паутина яркой молнии, обернулась вокруг удивлённого грабителя и заставила его дёргаться, в то время как грохот грома заполнил узкий переулок.
Несчастный ещё один раз дёрнулся, от его волос поднялся дым, затем он как столб повалился на землю, в то время как последний — тот, чьё плечо она проткнула — сначала растерянно посмотрел на неё, а потом бросился бежать… Ласке нужно было только протянуть руку с кинжалом, когда парень пробегал мимо.
Ласка ловко увернулся от фонтана крови, встретив недоверчивый взгляд. Мгновение спустя парень, хрипя, упал на землю рядом с Лаской.
— Сразу три ухажёра, Тарида? — вежливо спросил Ласка, наклоняясь, чтобы вытереть свой окровавленный клинок об одежду умирающего. Девушка-бард вздрогнула, услышав его голос, рапира в её руке поднялась, чтобы сразу же опуститься, как только она его узнала.
— Это ты, — заметила она, тяжело дыша и нахмурившись глядя на умирающего позади него. — Зачем ты его убил?
— Ты не знаешь? — удивлённо спросил Ласка, прислонившись к стене и глядя на девушку-барда, скрестив руки на груди. А посмотреть было на что, поскольку на ней было облегающее платье с глубоким вырезом, которое подчёркивало её достоинства. В длинных вьющихся волосах — развивающийся гриве — ещё были видны остатки замысловатой причёски, но добрая половина шпилек и заколок выпала во время боя.
Её грудь поднималась и опускалась, когда она вытирала лезвие о мёртвого парня и вставляла в ножны за спиной между лопаток.
— Откуда мне знать, Ласка? Он сбежал, не было необходимости убивать его, — заметила она и наклонившись, осторожно подняла футляр с лютней и осмотрела его. Только когда она увидела, что с её драгоценным имуществом ничего не случилось, она вздохнула с облегчением. Она взяла под левую мышку футляр и убрав с лица волосы, внимательно изучила легендарного вора.
— И тогда завтра весь Аскир узнал бы, что Тарида, бард с золотым голосом, обладает магией, способной одним движением руки сразить такого злодея, как этот, — ответил Ласка, кивая в сторону мертвеца. — Он всё ещё дымится!
— И что? — в недоумении спросила девушка-бард. — Это Аскир, здесь на каждом углу есть магия!
— Но мало тех, у кого есть магические способности! Как думаешь, сколько времени пройдёт, прежде чем появился первый слух о том, что твоя магия является результатом некоего тёмного дара? — Он отстранился от стены и посмотрел на двух мертвецов у её ног. — Мне нужно напоминать тебе о том, что у культа Белое Пламя здесь тоже есть последователи?
— Как будто в этом есть необходимость. Но ты прав, — неохотно признала она. — Однако я ненавижу быть в долгу перед тобой за убийство человека.
— Не думаю, что его стоит жалеть. Знаешь, кто они такие? — спросил он. — Мы находимся в торговом районе, поэтому они либо совсем глупые, либо у них была причина поджидать тебя. Это как-то связано с камердинером?
— Нет, — сердито ответила она. — С Аламиром де Жерсоном! — Она презрительно поморщилась. — Он нанял этих троих и был достаточно глуп, чтобы передать через них, насколько недоволен тем, что я отобрала у него выступления в «Золотой Розе»!
О барде Аламаре Ласка тоже был наслышан и даже однажды слушал его выступление. Он был неплох, но жеманный и высокомерный и, как говорится, любил играть на флейте других людей… Он ещё никогда не нравился Ласки.
— Де Жерсон был тем парнем, у которого ты забрала выступления в «Золотой Розе»? — удивлённо переспросил Ласка.
