— Она не передумала, — обрадовала я главальфу своим внезапным рвением, — иначе не привезла бы сюда Ольгу. Так что, нам готовиться?
— Ладно, — сердито проскрежетал Верховный, — готовьтесь. Рид, отдели девочкам уголок.
Пашка с готовностью кивнул и почти бегом рванул к противоположной стене, где стояли несколько складных ширм. Причину такой поспешности я поняла сразу. Он едва сдерживался, чтобы не рассмеяться. Выражение лица Верховного было непередаваемым. Причину, для того, чтобы выдворить из зала своих женщин он подобрать не мог, поэтому просто развернулся и направился к выходу.
А через пятнадцать минут, когда все уже было готово танцу (именно с него мы решили начать наше выступление, чтобы поскорее отстреляться) Лелька обеспокоенно выглянула в щелочку между ширмами:
— Вика, — прошептала она, — ты не говорила, что их будет столько!
— А какая разница? — пожала я плечами, — что двадцать, что сто двадцать, все равно танцевать будем только один раз и не вздумай отказываться сейчас.
— Боже! — восхищенно выдохнула она вдруг. — Какой же он красавчик!
— Кто? — я потеснила Гуторину и выглянула.
Зрителей действительно было предостаточно. На первый взгляд человек восемьдесят Прямо перед нами, в ближнем ряду импровизированного зрительного зала, сидела чета хозяев поместья. Рядом с Зейли устроилась его мама.
Нуда, теперь Верховный выглядел несколько иначе, чем тогда, когда в первый раз вошел в зал. Волосы, ранее стянутые в тугой хвост, были распущены и блестящими прядями струились по плечам. Одежду он тоже сменил. Если раньше на нем был зеленый костюм похожий на те, что обычно носят патрульные и в которых они как раз почти все сейчас были одеты, теперь на нем красовались коричневые брюки и темно-синяя рубашка без пуговиц, с распахнутым воротом. На ее фоне волосы Верховного выглядели вообще белоснежными.
Нуда, он конечно красавчик, но…
— Оль, — осторожно начала я, — ты не поняла? Зейли не свободен. Тамила его жена.
— Чья жена? — удивилась Гуторина. — Ты думаешь я о том блондине, что что раньше сюда заходил?
— Да, — растерялась я, — а ты о ком?
— О том, что сидит рядом с той женщиной, э… Арелией.
Я выглянула еще раз и чуть не засмеялась. Вот, значит как? Чем дальше, тем интереснее. Рядом с начальственной мамой сидел очень хорошо мне знакомый светло- русый оборотень, с почти неизменной скептической улыбкой на красиво очерченных губах.
— Готовы? — заглянул за ширму Пашка. Глаза его искрились весельем, очевидно он представлял себе, как неуютно себя сейчас чувствует Верховный. — Давай, милая, твой выход.
Я кивнула и вышла из-за ширмы.
«О-о-о!» — послышалось восхищенное и только теперь я обратила внимание, что в зале присутствует еще с десяток женщин. А тут в дверях показалась еще одна, которую бережно вел под руку Торстейн. В ней я не сразу узнала пациентку Стэна, которая лежала в глубокой коме.
Оборотень что-то сказал своей супруге и она, обратив внимание, что я на нее смотрю, низко мне поклонилась.
Я кивнула и улыбнулась.
— Добрый день, мальчики и девочки! — спокойно поприветствовала весьма серьезную собравшуюся публику. — Мне очень хотелось бы как-то отблагодарить многих из присутствующих здесь патрульных за то, что они не задумываясь отправились на мои поиски. Я прекрасно понимаю, что вы рисковали своей жизнью, поэтому самое малое, чем я могу отблагодарить — это что-нибудь спеть и станцевать для вас. Но так как мы с подругой совсем не артистки, то прошу сильно не ругать, если не понравится.
— Как такие красавицы могут не понравиться? — раздался веселый голос из середины зрительного зала. Даже искать не стала, кто сказал. И так знаю.
— Талор, ты не нарывайся, — засмеялась я, — а то нервы у моего супруга не железные.
— Вот именно, — поддержал меня Пашка, присаживаясь на свободное место в первом ряду. — Будешь нервировать, на цепь посажу.
Теперь смеялись уже почти все присутствующие.
— Ну, раз с настроением все в порядке, то начнем!
Я нырнула за ширму, включила плеер и подняла руку вверх, ладонью к почему-то совершенно спокойной Лельке. Та в ответ хлопнула меня своей ладошкой и выдохнула:
— Поехали!
И мы поехали, то есть начали.
Под зажигательную задорную музыку выбежали из-за кулис и ухватившись за края юбки обеими руками, вздернули их вверх и пошли по кругу.
Если кто и надеялся, что увидит сейчас то, что находится под нашим одеянием, того ждал небольшой сюрприз. Даже при большом желании, это не получится.
Наши платья из невероятно дорогой ткани, уж это я точно могу определить, так как имею какое-то отношение к ткачеству, были изготовлены в количестве четырех штук (пятое пока еще не закончено), для очень востребованной в последнее время и весьма высокооплачиваемой цыганской группы. Руководительница ансамбля заказала их для новой постановки.
