– Мы предлагаем упирать на разрушение или хотя бы нарушение системы охлаждения реактора, – негромко произнёс второй мэтр. – Лезть в систему управления самим распадом делящихся веществ… Вспомните, мы меньше двух недель назад узнали, что эти чёртовы частицы, пусть и предсказанные давным-давно Ландау… Мы меньше двух недель назад узнали, что они действительно существуют! Это слишком рискованно – пытаться разладить что-то… А охлаждение…
– Понятно, понятно! – прервал его директор. – Полностью согласен! Однако, хотел бы продолжить… Есть ценное дополнение. Может быть, наш геомант сам… Сама постарается прислушаться к реактору…
– Гришнак Углукович… – изумлённо пробормотала Шуша. – Это же реактор…
– А вдруг, что поймёшь? – пробормотал директор, опустив глаза и почёсывая лоб, – как-то виновато, как показалось ей. – Ладно. Поэтому Эльриэнн и Анатолий должны постоянно поддерживать связь…
– Стойте! – властно прервала его феминодендрофил. – Подождите. Мне кажется, мы опять забалтываемся. Это что, все изменения в плане? Нет? Тогда что мы выясняем какие-то детали, которые можно уточнить потом… Давайте о деле.
– Верно, – кивнул директор. – Самым главным пунктом плана…
Из-за которого мы и хранили такую секретность… Является то, что в корабль пойдёт не… генеральный секретарь…
Он сделал паузу, и Шуша, прежде никогда не замечавшая за директором склонности к театральным эффектам, подняла глаза. Нет, дело не в театральности, – он действительно боялся произнести окончание фразы. Гришнак Углукович теперь не просто отводил глаза в сторону, он, похоже, хотел разглядеть что-то у себя за спиной… На скулах играли тяжёлые желваки.
– В корабль пойдёт… – еле слышно пробормотал Гарасфальт, видимо, пытаясь прервать затянувшуюся паузу.
– Наш… Наша геомант… – справившись с собой, проговорил директор, артикулируя слова несколько чётче, чем обычно.
Бессмысленно водя ладонью по заботливо отполированной столешнице красного дерева и ощущая на себе взгляды почти полутора десятков пар глаз, Шуша размышляла, почему Гришнак Углукович настойчиво избегает называть её по имени. Хочет следовать официальному стилю собрания? Боится, что другие сочтут это проявлением каких-то чувств?… Мог бы, хотя бы, полным именем и фамилией назвать, как Юлечку…
– Я почти догадалась… – пробормотала Эльриэнн, слегка хлопнув ладонью по столу. – Но я не могла себе представить… Такого безумия…
– Разве ты не узнала это на тренировках? – как-то лениво, с лёгкой улыбочкой, что никак не соответствовало его нахмурившимся бровям, спросил Дима.
– Нет, Дмитрий… Я занималась связью, а не… подслушивала мысли… – раздражённо отмахнулась она. – Дважды безумие… Дважды!
– Я хотел бы отказаться… – вдруг пробормотал Анатолий. Все взгляды обратились к нему. Почти постоянно молчавший, ещё со вчерашнего дня, со времени их знакомства, телепат вдруг осмелел.
– Я хотел бы отказаться… – повторил он громче, нервно потирая руки, и вдруг встал, опершись ладонями о стол. – Я думал, мне придётся работать с болотноориенталом и физиками. И, может, передавать им устно то, что почувствует геомант через генсека… Теперь выходит, что чувства геоманта тоже будут проходить через меня… Я не выдержу!
– А я что буду делать?! – подскочила Юлечка. – Мы с вами тренировались четыре часа! Насмарку?! Вы не выдержите, а я?! А Шуша выдержит?! Там, в корабле?! Да что за…
– Спокойно! – с нажимом, но не повышая голос, остановила её Эльриэнн. – Это я беру на себя! Буду… фильтровать ощущения… геоманта… Если она, конечно, что-то почувствует… Передавать их тебе… уже дистиллированными.
Она с откровенным презрением глянула на Анатолия. Пухлый блондинчик нервно улыбнулся в ответ и как-то неуверенно, бочком, сел. Шуша благодарно кивнула феминодендрофилу, Эльриэнн махнула рукой в ответ, мол, не стоит благодарности.
– А я-то ещё ломала голову… Думала, не сходится что-то в плане, как ни крути… – пробормотала она. – Ладно, теперь понятно. Ну а третий-то телепат вам зачем?
Дмитрий, снова ушедший в себя, будто не расслышал, что говорят о нём.
– А это… – вздохнул Гришнак Углукович. – Это ещё один шанс. Дмитрий Моисеевич – мастер по наведению контакта через реципиента. Если… Если что-то пойдёт не так, можно хотя бы попытаться…
– Разрушить что-то важное?! Их же… Их же руками?! – догадавшись, потрясённо прошептал один из физиков, самый молоденький.
– Нууу… – протянула Шуша. – Как-то так…
Наступившую тишину прервал голос директора.
– Слабое место – знание языков. Крайне слабое место. Вам, Эльриэнн, придётся постоянно быть на связи. А нашему геоманту – по возможности настаивать на проведении переговоров на русском. Если не получится – придётся через геоманта транслировать все слова пришельцев генеральному секретарю, чтобы она перевела.
Вильриэль кивнула.
– Ну, какой-то из наших основных они выберут… А то, что за церемония, во время которой одна сторона вообще ничего не понимает… – генеральный секретарь улыбнулась.
У Гришнака Углуковича дёрнулась щека.
– Не надо так спокойно… Трансляция и перевод – это как минимум полторы секунды…
