Лицо генерала, всё так же неотрывно глядевшего на неё, стало расплываться в какой-то диковатой широкой улыбке.
У Шуши в голове промелькнула совершенно идиотская на первый взгляд мысль, и она не удержалась:
– Вам что, просто нужна власть?
– По-вашему я похож на маньяка? – пожал плечами генерал, теперь уже откровенно веселясь. – Я всего лишь командующий региональными силами МЧС, постом своим доволен и большего не хочу: наверху меньше ответственности и больше беспорядка.
– Тогда… Я не понимаю, зачем?! – отчаянно прошептала Шуша. – Если это правда, объясните, зачем? Вы же не можете не понимать, чем вы рискуете: всего через месяц, ну, может, чуть больше, прилетит другой корабль… А то и целая… эскадрилья или что там у них… Неужели вы думаете, что они, поняв, что их разведчиков уже нет, предложат уже не сдачу, а дружбу? Да они же просто разнесут всю Землю к чёртовой матери! И построят свою базу на обломках…
Судя по лицу, генерал был очень доволен чем-то. Он встал, выпрямившись во весь рост и, заложив руки за спину, заходил по кабинету.
– Вы совершаете ту же ошибку, что и все ваши коллеги, и старшие по должности, и младшие. И знаете, почему? Потому что выросли в политкорректном обществе. Вы даже читаете купированные и адаптированные учебники и книги по истории. Вам хочется верить в то, что так, как сейчас, – было всегда. Но это не так. Совсем не так.
Шуша молча следила за его шагами по кабинету одними глазами, не поворачивая голову.
– Они – люди…
– Техннориенталы, вы хотели сказать, – автоматически поправила Шуша.
Генерал развернулся, рывком оперся на стол и, глядя Шуше в глаза, раздельно, твёрдо, подчёркивая интонационно каждое слово, произнёс:
– Нет. Они – люди. Люди. Это вы тут все… Техноориенталы. Сорок лет политкорректности из кого угодно… техноориентала сделают, – он словно выплюнул это слово, потом, вроде бы, постаравшись взять себя в руки, выпрямился и снова зашагал по кабинету.
– Они – люди. И они – военные. Не кастрированные части МЧС, а настоящие военные, у них это в крови. Раз завоевали пол-Галактики, – усмехнулся он. – И знаете, как поступают в таком случае люди? Настоящие люди, а не ваши… техноориенталы? Знаете, как поступают настоящие военные?
Он остановился против окна и уставился на неё. Ей не было видно, какое выражение у него на лице, но, судя по голосу, наверняка торжествующее.
– Собственно, так поступил бы настоящий военный любой расы. Эльф. Гном. Орк. Горный тролль, – похоже, он специально перечислял неполиткорректные старые названия разумных рас, ожидая, какую реакцию это вызовет у Шуши.
Она решила не давать ему повода ни на что и, сцепив зубы, молча наблюдала за тёмным силуэтом на фоне окна. Она очень старалась придать собственному взгляду уверенность.
– Ведь это было уже не так давно. Я-то родился в последний год войны, самой её не помню, но вот первые послевоенные годы – вполне.
Он сделал шаг к ней и снова навис над столом, опершись на него кулаками.
– Слушайте, уж какими вояками были орки!..
– Нативные… – автоматически хотела поправить она, но генерал её перебил.
– Это сейчас они нативные кочевники. А тогда они были… Орками. Нет, даже орчищами! Погаными орчищами. Это же поразительный феномен был, вдумайтесь: раса, по магическому и техническому уровню стоящая даже ниже людей, а сколько… вони! Несколько тысяч лет весь мир будоражили! Но теперь-то проигрыши в двух войнах подряд позитивно на их инстинкте самосохранения сказались… – усмехнулся он. – Вот они и стали… нативными кочевниками…
Он обошёл стол и снова уселся за него. Теперь Шуша хорошо видела его лицо, – он и впрямь откровенно рад задуманному плану, он уверен в том, что всё получится!
– Не догадались ещё? – самодовольно спросил генерал и, не дожидаясь ответа, продолжил. – Всё просто. Всё предельно просто для того, кто застал… настоящую историю. Когда всё было искренне и без политкорректных обиняков. Оркам только пригрозили. Но пригрозили всерьёз. Они и сдались. В истории, подлинной истории, так происходило тысячи раз. И так случится и теперь. Иначе и быть не может.
Он счастливо вздохнул и перевел взгляд на окно. «Наконец-то…» – подумала Шуша, ощущая, что ещё несколько секунд, – и она просто ударила бы этого… человека… В эти светящиеся счастьем глаза. Несмотря на то, что он… пожилой.
– Корабль не отвечает. В ответ посылается другой корабль…
– Или эскадрилья… – выдавила из себя Шуша.
– Или эскадрилья, – легко согласился генерал, всё так же мечтательно глядя в окно. – И первым их делом будет понять – почему погиб первый корабль? Может, эта жалкая планетка вовсе не так беззащитна, как кажется? Может, они столкнулись с чем-то большим? Да тут, может, давным-давно своя федерация образовалась? И не Межзвёздная, как у них, а какая-нибудь Интергалактическая?
Шуша поймала себя на том, что уже давно в ошеломлении покачивает головой, изумлённо наблюдая за генералом. Она не ошиблась: перед ней действительно был маньяк, маньяк настоящий, законченный, клинический. Она думала, власть… Какая власть?! Тут мотивы посильнее «Фауста» Гёте…
