Кроме всего прочего, "Морро Касл" считался одним из самых роскошных лайнеров в мире и отвечал самым изысканным вкусам магнатов Уолл-Стрита, привыкшим путешествовать с невиданным другим смертным комфортом. Не зря в официальных документах лайнер назывался не иначе, как "плавучий палас-отель"… Просторный, быстроходный, комфортабельный и красивый лайнер был рассчитан на то, чтобы выжить любых конкурентов с любой линии, на которую только его вздумают выпустить хозяева…
В январе 1930 года "Морро Касл" сделал свой первый рейс на линии Нью-Йорк — Гавана, известной более под названием "пьяной линии". В те годы в Америке, как известно, вовсю свирепствовал так называемый "сухой закон", и желающих познать романтику знойной Кубы с ее почти бесплатным по американским меркам ромом и женщинами было несть числа. Янки по прибытии в Гавану толпами рвались в "Ла Тропикану" — знаменитое кубинское кабаре под пальмами, и в три тысячи баров, которые насчитывала тогда кубинская столица. Для многих американцев, даже самых богатых, "сухой закон" у себя на родине был более чем в тягость, и потому огни готовы были заплатить любые деньги, лишь бы на недельку окунуться в беспробудное пьянство, не преследуемое никаким законом…
За пять неполных лет своего существования лайнер совершил 173 сверхприбыльных для своих хозяев рейса на Кубу и обратно, и перевез за это время почти 250 тысяч пассажиров. Каждую субботу пополудни "Морро Касл", нагруженный толпой знатных "нелюбителей выпить", покидал нью-йоркскую гавань, брал курс на Гавану и ровно через три дня плавания и 36 часов стояния в кубинском порту снова возвращался к причалам Города Жёлтого Дьявола, как тогда прозвали Нью-Йорк, швартуясь к пирсу в следующую субботу рано утром. Такой график движения за 57 месяцев ни разу не был нарушен даже знаменитыми вест-индскими ураганами — истинным бичом мореплавания в Карибском море. Лайнером все эти годы командовал опытнейший капитан фирмы "Уорд Лайн" Роберт Уиллмотт, верой и правдой прослуживший ее владельцам без малого три десятка лет…
7 сентября 1934 года, когда судовые часы показывали 21.00, до Нью-Йорка оставалось ровно сто миль, или, выражаясь другим языком — пять часов хода. Большинство пассажиров лайнера собралось на традиционный прощальный бал, устраиваемый в роскошном салоне в честь окончания веселого плавания. Все ожидали капитана Уиллмотта, который должен был торжественно открыть эту прощальную попойку, но никто еще не знал, что капитана они больше не увидят никогда. За Уиллмоттом пошел судовой врач Де Витт Ван Зейл. Он поднялся к капитанской каюте, открыл дверь и тотчас почуял неладное…
…Уиллмотт безвольно стоял на коленях у ванны, неестественно перегнувшись через ее край, судороги свели его посиневшее лицо, а глаза и рот были широко раскрыты. Опытный врач, Де Витт сразу же понял, что капитан мертв, причем смерть наступила совсем недавно в результате отравления каким-то весьма сильным и быстродействующим ядом…
Через минуту в каюту капитана заглянул проходивший мимо судовой механик Эббот. Сообразив, что именно произошло, Эббот не растерялся и посоветовал Витту срочно позвонить на мостик с тем, чтобы вызвать старшего помощника капитана Уильяма Уормса. Когда Уормс явился на вызов, ему тоже ничего растолковывать не пришлось. На этом импровизированном "экстренном совещании" было решено сохранить странную смерть капитана втайне до того самого момента, покуда на борту не появится нью-йоркская полиция. Старший помощник запер каюту, вышел в зал и объявил веселящимся пассажирам, что ввиду надвигающегося шторма капитан слишком занят на мостике, и потому участия в заключительной вечеринке принять никак не сможет.
Это несколько грустное сообщение было принято собравшимися на банкете с должным пониманием, тем более что "Морро Касл" и на самом деле начало раскачивать на поднявшейся волне. Вскоре веселье угасло само собой, так как многие пассажиры разбрелись по каютам и лежали пластом, терзаемые адскими приступами всепоглощающей морской болезни.
…Ровно в полночь буквально ворвавшийся на мостик матрос доложил старшему помощнику Уормсу (который после смерти Уилмотта автоматически стал капитаном), что из одного из вентиляторов по правому борту валит странный дым. Уормс приказал второму помощнику пойти и посмотреть, в чем там дело. Второй помощник Уэлч спустился на палубу туристского класса, на которую ему указал матрос, и стал обследовать ее.