— Не сердись, — миролюбиво произнес он, когда автобус тронулся. Я смотрела в окно.
— Откуда же ты знаешь, что мне многое не по карману? — резко повернулась к нему и посмотрела прямо в его поганые карие глаза. Для чего вообще парню такие длинные ресницы??? Бесит меня.
— На поход же не хватало, — меланхолично заметил он.
Я оторопела.
— Откуда ты знаешь? — возмутилась, а потом даже до меня дошло. — Это ты за меня заплатил?
— Я, — не стал отпираться Эрик.
— Потому что тебе что-то нужно от меня? — вспомнились слова Брианны. — Или я тебе так понравилась?
— Мне что-то нужно от тебя, — признался он.
Конечно же. Я злостно откинулась на спинку сидения. Кто бы сомневался.
— Но я совру, если скажу что ты несимпатичная, — удивил Эрик. — У тебя очень глубокие синие глаза, я таких в жизни не видел.
— Какая грубая, неприкрытая лесть. Какая жалкая попытка получить желаемое, — не сдержалась от саркастического комментария. — Фу. Не сиди возле меня.
— Расскажи мне, где ближайший магазин с мобильными телефонами, — внезапно попросил он. Я смерила его удивленным взглядом. — Хочу купить.
— Не успел по приезде?
— Нет, у меня вообще никогда не было мобильника, — спокойно произнес он. Удивительно. Вроде как в средствах не стесненный.
— Точно не там, куда мы едем, — хмуро пояснила ему.
Автобус остановился около строительного гипермаркета. Эрик вышел первым и подал мне руку, но я её не приняла. Это его не смутило. Его, наверное, и ядерный взрыв не смутил бы — так, легкое удивление, не стоит внимания.
Мне всегда нравилось проводить время в этом гипермаркете, даже несмотря на то, что мы с отцом редко когда могли себе позволить что-то там приобрести. Особенно волшебным убранством он отличался под Рождество. Вся эта новогодняя музыка и предпразничная суета, а также миллионы блестящих ёлочных игрушек и украшений создавали настоящую сказочную атмосферу. В детстве папа часто фотографировал меня в отделах с игрушками с короной на голове или игрушечным скипетром; в отделах с мебелью я забиралась на диваны и двуспальные кровати, а покупатели считали, что я одна из моделей, рекламирующих мебель. Ещё я тогда обожала отдел с люстрами — мне казалось, что я попала в зеркальное царство.
С Эриком все было по другому. У него даже не возникло мысли остановиться и чем-то полюбоваться. Человек попал в магазин и шел купить то, что ему задали — вот и весь он.
Я попробовала взять его врасплох.
— Смотри! — Сдернула с полки большую шкатулку, оформленную в виде книжки с открывающейся обложкой.
Парень скривился.
— Жалкий кусок пластика, — он забрал у меня шкатулку и вернул её на место.
Следующий раз я попыталась застать его у отдела с одеждой, но его, оказалось, так просто не пронять.
— Убогие простолюдинские одежды, — закатил глаза Эрик. — Пожалуйста, не показывай мне такое больше.
Так он реагировал практически на всё. Пока мы искали отдел со снаряжением для похода, он успел, в переносном смысле слова, обгадить едва ли не все, что находилось на полках. Исключение составили лишь краски — обыкновенная гуашь, я такой в школе рисовала. Он взял в руки коробку с изображенным на ней дракончиком, словно это была брильянтовая диадема, после чего открыл одну из баночек и стал пристально изучать содержимое. Даже мне стало интересно.
— Довольно сносно, — вынес вердикт Эрик, после чего сунул коробку в рюкзак и посмотрел на меня, — ты будешь помогать, или только отвлекать?
— Что? — опешила от его наглости. — Вообще скажи спасибо, что я поехала с тобой!
Мы переругивались весь путь до «походного» отдела. Эрик своим демоническим равновесием вкупе с высокомерной пренебрежительностью ко всему, доводил меня до белого каления. Когда мы добрались до цели, он даже не собирался ставать нормальным человеком.
— Возьмем вот эти три повидавших жизнь жалких брезента, — он махнул на вполне приличные палатки, сложенные аккуратными рулончиками. — Вон те четыре ржавых котелка, — с моей точки зрения, новёхоньких. — И вон те ужасные спальники.
Все, что он выбрал, было годнотой, только он сам, почему-то, так не считал.
— Качество отсутствует, как таковое, — он внимательно рассматривал ценники. — Видно, потому и такая стоимость.
— Приличная цена, и вещи тоже. — Вполголоса прокомментировала я. Парень мазнул недовольным взглядом.
— Ты другой жизни не знала, — самоуверенно отвечал он. — Потому и считаешь этот хлам нормальным товаром.
Это прозвучало настолько надменно, что я не смолчала: — Говоришь так, словно на мусорке меня нашёл. Ты бы придержал язык, иначе как ляпнешь не то, да не тем людям…
Пока Эрик оплачивал покупки и договаривался за доставку, я никак не могла взять в толк, для чего же я ему тут понадобилась. Не знаю, можно ли мои редкостные реплики расценивать, как помощь, но он даже к ним не прислушивался. В выборе снаряжения я не участвовала вообще. А в сухом остатке получается следующее: пока я тут прыгала вокруг шкатулок, Эрик хладнокровно занимался делом и закупил необходимые вещи. Наверное, он так и скажет преподавателям. Настроение стремительно поползло вниз.
