Потом Аманда стала старше. Узнала больше. И начала бояться своего учителя. Этот страх был необъяснимым, ведь милорд никогда даже голоса не повысил. И все же она боялась.
Но когда это началось?
Женщина нахмурилась. В тот день, когда она увидела демонический консорт кардинала? Но где это произошло? Почему она никогда не думала об этом?
Аманда застонала, сжав виски. С ней что-то происходило. С ужасом она вдруг осознала, что в ее памяти есть провалы. Дни или часы, которых она не могла вспомнить. А самое главное – не пыталась!
Память обтекала слепые пятна, словно вода – острый камушек, не пытаясь увлечь его за собой. И лишь здесь, рядом с разрушителем, волна начала пениться и бурлить, натыкаясь на препятствие.
Демонический консорт. Она видела его. Где?
Виски снова пробило болью, но Аманда не сдавалась.
Архив Цитадели – главной резиденции Инквизиции в Неварбурге, секретные комнаты, где хранятся тайны Империи. Туда нет доступа непосвященным. Архив невозможно обнаружить или даже увидеть. Сама архиепископ получила допуск лишь спустя годы безупречной службы. Она одна. Комната погружена во мрак. Уже несколько месяцев Аманда приходит сюда, изучая историю. То, что скрыто от большинства обывателей и запечатано в подобных архивах. Изучение высоких и низких вибраций, создание нейропанелей, ритуал Возвышения… Ямы с мертвой антиматерией, в обиходе – скверной. Может, как раз тогда она и задалась вопросом, почему это звучит так неправильно – мертвая скверна? Словно противопоставление скверне… живой? Так писали много десятилетий назад. В более поздних трудах осталось уже просто «скверна», без обозначения. Но разве скверна может носить определение? Аманда стала искать. Новые и новые летописи, совсем древние, хрупкие листы… «Истинное предназначение живой антиматерии (скверны). Роль носителей (разрушителей) в очищении пространства», имя незнакомого ученого на титуле.
Шорох за спиной. Аманда оборачивается и видит кардинала. Она вскакивает, вытягивается по струнке, как всегда при виде милорда. Иваз тоже смотрит на листы в ее руках. Мужских губ касается легкая улыбка, но глаза остаются холодными.
– Этот доклад признан еретическим и злонамеренным, за что его создатель и был наказан, – говорит он.
– Тогда почему его сохранили?
– Очевидно, по недосмотру. Вам не стоит тратить время на подобную глупость, Аманда, у вас и без того много дел.
Она соглашается, и кардинал уходит. Его лицо как всегда бесстрастно, а фигура не выражает никакого волнения. А потом… потом…
Не выдержав, женщина застонала.
Потом она увидела фантома. Жуткое чудовище. Беззвучное и отвратительное, оно выросло за спиной. Аманда ощутила его присутствие лишь обострённой интуицией, обернулась, вскочила. И застыла, парализованная. Чудовище наклонилось. Безобразная морда – совершенно реальная, не призрачная, – оказалась совсем близко. Аманда видела оскаленную пасть с иглами зубов, капающую слюну, ощущала сладковатый трупный смрад. Демонический консорт, который не был фантомом. Монстр склонился еще ниже, и губ Аманды коснулись мерзкие губы…
Но это воспоминание словно исчезло из ее головы. Как и листы, которые она изучала. Ведь после того вечера Аманда забыла о своем интересе! Носилась по всей Империи, ловила деструктов, выполняла поручения императора, готовила новых инквизиторов… Почти не спала, много тренировалась. И считала, что живет правильной жизнью. Чудовищный фантом, склоняющийся к ней в поцелуе, растворился, став незначительной мелочью. Но это было совсем не так!
Ее заставили так думать. Заставили забыть прочитанное на тех листах. Забыть обо всем! Что она тогда прочитала? Что сумела раскопать? Сколько еще воспоминаний она потеряла, даже не подозревая об этом?
Аманда похолодела.
Такой силой мог обладать лишь один человек.
Но милорд Иваз не мог воздействовать на нее! Она часть Пантеона, Совершенная! Это невозможно и более того – преступно! Это означает, что все принципы Святой Инквизиции, все ее постулаты – ложь. Что слишком многое из того, во что Аманда годами верила, – вранье.
Потому что доклад ученого, имя которого Аманда так и не вспомнила, не был антинаучным и еретическим. Живая антиматерия, та, которая рождается и существует в теле разрушителя, действительно обладает удивительными свойствами. В этом Аманда уже не сомневалась.
Глава 24. За верных друзей!
Прежде чем подняться в комнату ее святейшества, я решила навестить другого человека. К моему удивлению, жилище Ирмы оказалось чуланом, я подняла брови, и Август мотнул головой, мол, «не спрашивай». Он остался за дверью, я же вошла в пыльный сумрак.
Впрочем, внутри захламленной комнаты было даже уютно. Провидица сидела на стопке древних фолиантов и смеялась.
Когда я обогнула стену из мешков и хлама, то увидели причину веселья.
– О, Рубеж! Смотри, кто вернулся ко мне!
