А десятки крылатых чудовищ уже атаковали военных. Кто-то, не выдержав зрелища, заорал, кто-то принялся палить по мечущимся в дыму фигурам. Василий, освоившийся быстрее всех и получивший самое крупное и смертоносное тело, снарядом падал сверху, хватал нижними конечностями синий или черный мундир, стрелой взмывал в воздух и хохоча разжимал когти. Рядом с ним носились другие деструкты, сбивая военных с ног, полосуя заточенными кинжальными когтями тела и лица, вгрызаясь клыками в шеи. Снаружи начался хаос. Кто-то палил, кто-то орал. Человеческие лица на телах чудовищ сбивали с толка и пугали даже привыкших ко всему солдат.
Несколько монстров облепили вертолет, кружащий над дворцом, залезли внутрь… Крылатая машина, потеряв управление, завертелась над площадью и рухнула за ней, прочертив дымящийся черный след. Вторая свалилась прямо на боевые укрепления, выстроившиеся перед мраморной лестницей. Грохнул взрыв! Столб черного дыма взвился в небо, полностью закрыв обзор. Ободренные деструкты, прячущиеся за обломками колонн и каменных львов, разразились восторженными криками.
– Так их! Давай еще!
Из-за пылающего вертолета показалась женщина в синем мундире. Она вскинула руки, и пламя вмиг погасло, а железо обледенело, повинуясь силе ее Духа. Ошеломленные легионом скверны военные перестроились, и на мечущихся монстров обрушился град пуль. Правда, поразить черные тела оказалось не так-то просто – сухая кожа оказалась крепче брони.
Трубно взревев, северянин снова бросился в атаку, ведя за собой деструктов. Снова что-то грохнуло и запылало, часть дворца вспыхнула, объятая пламенем.
Краем глаза Аманда заметила рыжий всплеск и бросилась к нему. Джема Ржаник каким-то невероятным образом сумела вытащить из дворца тело Юстиса. Принц лежал на разбитом мраморе под козырьком нависших колонн, и Джема закрывала его, словно птица, раскинувшая крылья.
– Он жив? – Архиепископ поморщилась, ощутив на губах кровь. Девушка глянула на нее широко распахнутыми, ошалевшими глазами и кивнула.
– У нас наследник Империи, его величество принц Юстис! – Голос архиепископа обрел громоподобную мощь. – Немедленно прекратите стрельбу!
За баррикадами и грудой покореженных машин на миг повисла тишина. А потом выпрямился человек. И Аманда, выглянув из укрытия, едва не вскрикнула от радости, увидев бледное лицо императора.
– Ваше Величество! Хвала Истинодуху! Немедленно остановите…
– Тобой завладела скверна, Аманда. – Усиленный громкоговорителем голос императора звучал совершенно бесцветно. – Мой сын и наследник давно мертв. Его убил разрушитель. Сложите оружие и встаньте на колени.
– Но, Ваше Величество…
Архиепископ растерянно глянула на тело принца. Несомненно, это был он, но почему Константин ей не поверил? Не попытался узнать больше, спасти. В чем дело?
Не зная, что и думать, Аманда отошла дальше, перемещаясь между огромными колоннами, полукругом обрамляющими широкую площадку перед лестницей. Надо подобраться к императору, надо поговорить с ним! Но как миновать завесу летящих снарядов? Константин отдал приказ штурмовать дворец, да еще и стрелять на поражение, зная, что это обернется созданием новой ямы скверны! Да что с ним такое?
Краем глаза архиепископ заметила движение. Смазанная тень скользнула на грани видимости, и Аманда, резко развернувшись, рассмотрела едва заметный, полупрозрачный силуэт. Высокая, ломаная фигура жуткой твари, две пары верхних конечностей, вывернутые нижние, фасеточные глаза, щелкающие жвала и пучок щупалец позади. Они шевелились за спиной демонического консорта и тянулись дальше – в клубы дыма, словно бесчисленные нити страшной медузы. Щупальца истончались, становясь нитями, оплетающими множество людей. Прежде чем Аманда успела осознать, что это значит, щупальце консорта кольнуло ее висок. Кольнуло и погрузилось дальше, отбирая волю и разум.
«Зря ты не погибла под завалами, моя дорогая, – равнодушно сказал в голове знакомый голос кардинала Иваза Фамона. – Теперь не получится из тебя святой праведницы. Умрешь как преступница, порабощенная скверной».
Аманда пыталась закричать. Пыталась вырваться, но невидимое щупальце словно приросло к ее виску, контролируя каждое движение.
– Вы… не понимаете… – через силу, едва дыша, выдохнула архиепископ, и голос в голове усмехнулся.
«Я все понимаю. Гораздо больше, чем ты».
– Вы… поработили императора! Преступление…
Голос в голове тихо рассмеялся, и Аманда с ужасом поняла, что догадка верна. Страшные серые нити чужой воли оплели не только ее сознание. Константин тоже оказался лишь марионеткой кардинала. Вот почему он не отреагировал на новость о сыне!
– Почему… зачем?
