Она стала храниться у сердца той, кого он полюбил, а значит, скверна так и не смогла завладеть всей душою разрушителя. Поступок, продиктованный любовью, спас самого Августа от безумия и подарил надежду на исцеление всем деструктам Империи.
Все это пронеслось в голове архиепископа мгновенной вспышкой, и Аманду затрясло от понимания. По ее щекам покатились слезы ужаса и раскаяния. Если бы она знала… Если бы только она смогла понять это раньше!
– Мы должны остановиться… Мы должны…
«Ах, хватит. Ты узнала правду, но это ничего не изменит. Скоро у нас будет новая столица, новый император и архиепископ. А мир останется прежним. Инквизиция продолжить делать свою работу, а Пантеон пополняться новыми неофитами. Таков мой мир, Аманда. И я никому не позволю его поломать».
– Вы… поплатитесь.
«Нет. Как и с Равилоном, как и со Снежным бунтом, мне все сойдет с рук. На месте дворца появится новая яма скверны, и это хорошо, это еще одно напоминание и устрашение. Только страх способен держать людей в узде. Падение Неварбурга усилит власть Инквизиции и упрочит положение Совершенных. Ведь лишь мы можем спасти от деструктов и от ужасающих разрушителей. Через некоторое время я возведу на трон нового монарха. Константин стал помехой, как и его никчёмный сын. Ну а ты… Возможно, я заставлю тебя все забыть, и еще долгие годы ты будешь служить мне и карать деструктов.
– Вы… безумец.
«Я давно избавился от ненужных человеческих эмоций и мыслю рационально. В отличие от тебя, моя дорогая. Так как? Сохранить тебе жизнь?»
Аманда взвыла, но увы, лишь в своей голове. В реальности она не произнесла ни слова, ее фигура застыла посреди творящегося вокруг хаоса. По грязному лицу потекли слезы, не боли – злости. Архиепископ отчаянно, до дрожи и крика жалела, что проиграла и оказалась так слепа. И одна лишь мысль, что кардинал может исполнить угрозу, а сама Аманда продолжит жить во тьме забвения, казалась страшнее самой ужасной казни!
Вот кто был истинным монстром – проклятый Иваз! Совершенное чудовище, давно утратившие человечность! Скрываясь за маской инквизиции, он годами вел свою игру.
И она, Аманда, проиграла. Они все проиграли…
Деструкты выли – многие уже попали в сети. Кто-то лежал на земле, раскинув медленно исчезающие крылья. Черные и синие мундиры все прибывали. Проиграли…
Ослепительно-белый меч просвистел рядом с Амандой, оставляя светящийся след, а из огня и дыма выскользнула Кассандра. Летящие по ветру белые волосы, черное платье, прекрасное и злое лицо, два горящих меча. Она была похожа на воительницу древности – прекрасную и беспощадную богиню возмездия. Меч рассек воздух и – отсек щупальце демонического консорта. В последний миг архиепископ успела услышать крик кардинала.
– Что это еще за тварь? – возмутилась Кассандра, и мать, не сдержавшись, притянула ее к себе, обняла. Всего на миг.
Кассандра тут же высвободилась, нахмурилась и приставила к горлу Аманды кончик меча. Архиепископ тихо рассмеялась от счастья. Освобождённые от тисков Возвышения чувства хлынули потоком. Не вовремя. Как же не вовремя!
Глава 26. Падения и взлеты
Я очнулась, когда на голову посыпалась каменная крошка. Август – бледный до синевы, – тут же накрыл меня своим телом, защищая. Вокруг творился полнейший хаос, кто-то дрался, кто-то орал, мелькали искаженные лица. Серые мундиры гвардейцев, мечущиеся деструкты. Я несколько раз моргнула, пытаясь сосредоточится.
Отрава в чае. Нападение на дворец. Убить при случае Дамира! И Джему тоже…
Хотя на рыжую злости почему-то не было. Как не было и колючей ветки, исцарапавшей мне горло. Каждый сделал свой выбор. Я больше не в ответе за Джему Ржаник.
– Я не контролирую блуждающие вихри и гвардейцев, ментальные способности заблокированы. Надо… уходить, – тихо произнес Август. Я с тревогой заглянула в его лицо. Что бы ни дал нам проклятый Норингтон, отрава навредила моему мужу гораздо сильнее, чем мне. Вероятно, потому что была направлена все-таки на разрушителя, а меня зацепила лишь краешком.
Значит, настало время испытать последний шанс.
– У меня есть план, – выдохнула я. – Но нужно время и пространство, чтобы развернуть Призыв.
– Призыв?
– Долго объяснять. – Люстра с грохотом и звоном обвалилась. А потом рядом упал на колени деструкт-северянин.
– Великий Темный Жнец, собирающий души! Дай мне сил сражаться и защищать тебя! Измени меня, молю!
Мне некогда было наблюдать трансформацию деструктов, сейчас все мое внимание было направлено на знание, бережно хранимое в тайнике моей памяти. Я старалась не думать о том, что это знание может оказаться обманом или ловушкой. Другого выхода у нас все равно не было.
Василий Крейн раскрыл крылья и захохотал, ведя за собой легион скверны.
– Не давайте военным приблизиться! – крикнула я, осматривая широкую полукруглую площадку с колоннами. Места должно хватить… Не знаю, услышали меня деструкты или нет, но с рычанием они бросились вниз, оттесняя кордоны закованных в броню имперцев.
– Я найду Ирму и остальных. Они все еще во дворце, – сказал Август.
