– Слишком хорошие, – пробормотал Август. – И еще проклятый Юстис слишком любил свое отражение.
Я хмыкнула: стена напротив оказалась зеркалом.
– Убедился, что я цела и не ранена?
– Я не все успел рассмотреть.
– Повторить? – я подняла из воды ногу, провела по ней ладонью.
– Кассандра.
Предупреждение в его голосе снова заставило меня улыбнуться. Все боги и демоны! У нас тут полная катастрофа, а мы улыбаемся как два придурка! Видимо, это и зовётся тем чувством на букву «л». Когда можно смотреть друг на друга и не заметить наступивший конец света.
– Я видел тебя в странном мираже. – Август все-таки не повернулся. – И либо я сошел с ума, либо я уже видел подобное. Но тогда воспринял как часть своего безумия.
– Это не безумие, Оазис реален. – Понюхала склянку, стоящую на бортике, и снова едва не застонала: жасмин, амбра, цитрон. У его высочества неплохой вкус. Вылила в воду сразу половину, взболтала до пушистой пены, покрывшей меня до самой шеи. – Познакомилась с его правителями-эмирами и принцем. Иерофан, так его зовут. Сначала он едва не убил меня, но потом мы поладили.
– Поладили. – Август внезапно поднялся, снял экрау, закатал рукава черной рубашки и обойдя ванну, встал позади меня. Вылил на ладонь шампунь, и я охнула, когда его пальцы погрузились в мои волосы.
– Да, – откинув голову, я прикрыла от блаженства глаза. – Иерофан даже прокатил меня на своей белой птице. Огромная такая.
Мужские пальцы двигались с пугающей чувственностью. Я едва сдержала новый стон. По телу разлилась столь сладкая истома, что прикосновение воды казалось почти болезненным. Оранжевая искра скатилась с волос Августа и упала на мои губы.
Я слизала ее языком.
– Рассказывать дальше?
– Конечно. Обо всех, кто катал тебя на своих птицах.
На макушку полилась теплая вода, и я снова тихо рассмеялась.
– Ревнуешь?
– Да.
– Да?
Я села и обернулась, чтобы посмотреть в непроницаемое лицо.
– Да, – с нажимом ответил Август, не спуская с меня взгляда. – Наклонись, потру тебе спину.
Я подтянула колени к груди, ощущая, как двигается по коже мочалка с пеной. И нежные руки. Это было так восхитительно хорошо, что хотелось навсегда остаться в этом мире мыльной пены и пара. Остаться вдвоем.
– Ты тоже тут не скучал: целый дворец девчонок, готовых на тебя молиться.
– Ревнуешь? – Я услышала за спиной смешок.
– Вот еще. – Некоторое время я парила в блаженстве, ощущая его руки и рассматривая лопающиеся на поверхности воды пузырьки. Потом вздохнула и рассказала Августу все. Про черные пески, мертвый город и Оазис. Мой муж слушал молча, ни разу не перебив, но с большим вниманием. Комментировать не стал, разумно понимая, что сказанное надо обдумать.
– Теперь твоя очередь. Что случилось после того, как кусок дворца вместе со мной провалился в небытие?
Рассказ Августа выглядел сухим и бесцветным. А наши перспективы – мрачными и пугающими. Пока во дворце тело Юстиса, император остерегается атаковать, но где гарантия, что не передумает? Помимо правителя, есть еще Пантеон, который наверняка настаивает на полном и немедленном уничтожении угрозы. Мы не можем чувствовать себя в безопасности, оставаясь во дворце. Но куда идти? Где найти укрытие и приют?
Вода в ванной начала остывать, и со вздохом сожаления я вылезла. Август обернул вокруг меня пушистое полотенце. Между бровей залегла хмурая складка, и не выдержав, я коснулась ее кончиками пальцев.
– Мы что-нибудь придумаем. Мы живы, и мы что-нибудь придумаем.
Он кивнул, сосредоточенно рассматривая мое лицо.
– Я тебя искал. Каждый день. Каждую ночь. Но не мог дотянуться.
– Возможно, я слишком изменилась. Или дело в самом Равилоне, там все иначе.
– Я думал, ты умерла. Из-за меня. Я не понимал, как мне дальше…
Он осекся.
– Я здесь. Я здесь, Август.
Распаренная кожа вдруг стала слишком чувствительной, я остро ощутила мужское прикосновение. Август всего лишь положил ладони мне на плечи, а ток моей крови уже шумел, ускоряясь до световой скорости. Влажное помещение показалось слишком тесным.
А я снова испугалась. Удивительное дело…
– Может, во дворце найдется что-то перекусить? Я не ела почти сутки…– выдавила я, теряясь под взглядом Августа и ощущая, как загораются щеки. Надеюсь, это можно списать на водные процедуры.
Миг он молчал, рассматривая меня. Тягучее сладкое притяжение сгущалось, окутывая сладким коконом. Я до безумия хотела ощутить на губах его поцелуй и видела отражение этого безумия в звездных глазах. Мы бесконечно сильно желали друг друга. И в то же время – боялись.
Август отступил на шаг.
– Скоро ужин. У нас отличный стряпчий, тебе понравится его суп. Я попрошу принести что-нибудь…
– Думаю, будет лучше, если мы поедим со всеми. Хочу увидеть остальных жителей дворца, познакомиться.
Я увидела на лице Августа сомнение, но потом он все же кивнул.
– Подожду тебя в кабинете.
Развернулся и вышел. Я пробормотала что-то ругательное и прижала ладони к щекам. Колени дрожали, в животе ныло желание. Пожалуй, мне и правда стоит поесть, хотя накатившая слабость, конечно, не имеет никакого отношения к голоду.
