Конечно, я расспросил, не заходили ли к покойному прежде какие-нибудь гости, но, как оказалось, господин Ше больше месяца занимался исследованиями и ни с кем кроме жены и слуг не общался. Тогда я стал расспрашивать слуг, был ли кто-то принят на работу в течение месяца, покупали ли они что-либо у новых торговцев, в частности южан. Но те лишь качали головой, утверждая, что без разрешения хозяина нельзя принимать на работу и менять поставщиков. Я попросил на всякий случай избавиться от еды, которая была в доме, так как убийца мог добавить в неё яд — неизвестно был ли его целью только господин Ше или кто-то ещё. Помимо слуг я допросил и первого помощника покойного, врача и саму госпожу Шень. Во-первых, они могли видеть что-то подозрительное, во-вторых, двое из них были потенциальными убийцами. Первый помощник проводил большую часть времени с господином, ему доверяли, и он вполне мог оказаться тем, кто незаметно добавил яд в питьё или пищу Ше. Госпожа Шень, хоть даже мне было неловко подозревать её, также была лицом, близким господину Ше и пользующимся его доверием. Но мотивы их мне были неизвестны. По словам слуг, господин Ше довольно хорошо относился к помощнику и никогда не наказывал его жестоко, а с госпожой Шень у них были и вовсе тёплые отношения. Они всегда мило беседовали за чаем, и девушка с интересом слушала подробности исследований, проводимых мужем, даже порой сама помогала ему в них.
Я попытался узнать, покидали ли помощник и госпожа поместье около месяца назад. Мне сказали, что госпожа и помощник никуда не уходили из дома, разве что на фестиваль. Я удивился этой новости. Выяснилось, что чуть более месяца назад в городе проходил ежегодный фестиваль. На празднике в центре города собралось огромное количество людей, госпожа Шень и помощник также были на нём, так как до этого слёзно отпрашивались у господина, говоря, что проводить время за его исследованиями, безусловно, очень интересно, но им хочется увидеть живых людей ещё хотя бы раз в жизни. Хозяин не пошёл с ними, потому что толпа радостных людей вызывала у него мигрени и он предпочитал сидеть дома, чем принимать участие в праздниках. В тот день в доме остался только он и ещё пара слуг на случай, если господину что-то понадобится. Все остальные также отправились веселиться с позволения Ше.
