— Да уж! — я вскинулся. — И что, сука, характерно, каждый мнит себя умником, профессором в данном вопросе и у него есть только два мнения, его и неправильное! Причём все свято уверены в своей правоте и полной некомпетентности собеседника, будь он даже профессором в этом вопросе. А сами меж тем в каждом слове по три ошибки делают. Прочитать иногда невозможно, не говоря уж о том, чтобы понять, что он там нацарапал.
— Вот-вот, — Пётр отмахнулся от надоедливого упорно атакующего в лоб москита. — А они мне пишут, я мол, высшее образование имею! Да купил ты это образование, если «жи-ши» пишешь через «ы».
— Странное у нас отношение к высшему образованию стало, — посетовал я. — Раньше оно было, чуть ли не лучшим в мире, как и школьное. А теперь свели всё к тестам, как в Америке. Штампуют под одну линейку дебилов. Потом они в институты идут, дипломы и корочки покупают. Хорошо, если он какой безобидный специалист, хотя, и тут один вред от него. А если врач? Или конструктор? Да хоть тот же педагог! Чему он будет учить, если сам в вопросе ни ухом, ни рылом? Пошло уже то поколение, что не учились, а числились, а богатые предки им оплачивали ту «учёбу». Теперь уже скоро под ножами начнут люди умирать, ракеты — на землю падать, заводы — взрываться непонятно от чего.
— В любой сфере один бестолковый мажор может всё дело завалить, все наработки разрушить, всех под монастырь подвести! Хоть в сельском хозяйстве, хоть в строительстве, хоть где! Видел ролики, как новостройки целиком складывались? Это хорошо, что их заселить ещё не успели! Вот она, купленная образованность! Да сейчас и агрономов то днём с огнём не сыщешь! Одни экономисты и менеджеры! — разошёлся мой дон Петруччо.
— И что самое страшное, дураки всегда уверены в себе! — меня тоже раззадорило не на шутку. — Это удел умного — сомневаться, взвешивать и искать альтернативу. Дурак точно знает, как надо. Он уверен в себе на сто процентов. Его самоуверенность абсолютна, и хрен докажешь ему, что он не прав в элементарных вещах. Даже если поймёт, что не прав, никогда в этом не признается. Будет тупо упираться рогами и говорить, как ты сказал, сам дурак! Для них начать раздумывать, это пойти поперёк себя. А раз нет образования, нет и культуры. А нет культуры, получите заплеванные, закиданные мусором и «бычками» улицы, пляжи, площади и набережные, не говоря уж о дворах! Ведь для них вести себя, как человек — слабость, будешь им это объяснять, воспримут в штыки, будешь не только говорить, а показывать своим примером, тебя же затопчут. Как чуждый вредный элемент. При всём этом, быдло очень завистливо. Он не принимает талант. Всегда душит нечто, выходящее за рамки их представлений о жизни. Потому и крадёт то, что не может получить честно. Не может украсть — сломает. Чтобы неповадно было выскочкам. Прогресс со знаком минус.
— А откуда всё пошло?! — Начал копать глубже в праведном гневе уже покрасневший носом и окосевший глазом Петя. — Рыба с головы гниёт! Развели демократию, «гомосеки» одни кругом! Либерасты, поцреоты!! Сталина на них нет!!!
— Тише, тише, — похлопал я его по горячей руке, трудовой и сильной, попади под которую в сей час расплаты некий либерально настроенный патриот тухлодырый, вмиг прихлопнул бы его Петя, как навозную муху. — Ты тут демагогию не разводи! Ничего ты не понимаешь в современной геополитике. Думаешь, они там, наверху ничего не видят? И не знают? Не-е-ет, братец, недооцениваешь ты власть или по недомыслию не понимаешь всей глубины текущих процессов!
— Просвети, раз ты у нас такой умный! — встал в позу раздувший ноздри дон Петруччо.
