Обращение к истории и прошлому предприятия играло в решении этой задачи большую роль. Методическая литература делала особый упор на использовании революционных символов, на необходимости обращения к страницам революционной истории края, предприятия, что должно было вызывать чувство гордости и стремление подражать героям. Сотрудники музея Пермского машиностроительного завода искали направления и форматы, в которых могли бы «оказывать воздействие на умы и сердца людей, в исторических документах, ценных реликвиях наглядно раскрывать героические дела заводчан, их высокие нравственные качества»[1198]. Поддержание семейных трудовых традиций шло через запись в «Золотой книге трудовых династий завода», куда вписывались семьи работников, трудившихся на заводе в несколько поколений с 1963 года. Процесс вхождения в рабочий коллектив сопровождался вручением в музее пропусков, партийных билетов. Сохранение связи между поколениями воплощалось в многочисленных встречах, экскурсиях с ветеранами и т. д.
Другой большой и значимой для музея аудиторией были учащиеся школ, района, заводского техникума, студенты. Сотрудники, судя по музейным документам, придерживались дифференцированного подхода в работе с детьми и подростками: использовали приемы цитирования, реконструкции, форму беседы, объяснения. Вместе с содержанием сотрудники объясняли такие понятия, как экспозиция, макет, экспонат, трудовая династия, и не забывали дисциплинировать: знакомили с правилами поведения в музее. Через рассказ об экспозиции старшеклассники узнавали про заводские профессии. Был ли заводской музей научно-техническим? Музей истории завода им. В. И. Ленина ориентировался на демонстрацию продукции в динамике, а не на оборудование и процесс, в ходе которого она была сделана. Как отмечал М. Ротфельд, первый директор музея: «…Для общения подростков с техникой в нашей стране развита сеть УПК – учебно-производственных комбинатов, где после соответствующей подготовки подросток допускается к управлению станком. А в музеях экспонаты руками трогать нельзя»[1199].
К числу музейных аудиторий также относились ветераны и краеведы, профессиональное музейное сообщество[1200] и туристы[1201]. Масштаб и разнообразие работы с аудиторией в общественном музее видится иным, если помнить, что в них обычно работало не больше двух-трех человек. Вокруг музея формировались и разные активы (сообщества): ветеранский, краеведческий, педагогический и др. У каждого из них был свой интерес в музее и понимание того, как он может им помочь: начиная с передачи на хранение семейных архивов, краеведческих поисков и заканчивая проведением внеклассных мероприятий для школьников.
Возникнув как результат разнообразных идеологических кампаний, ведомственный музей на общественных началах представлял сложный механизм балансирования между общественностью, инициировавшей создание музея, и предприятием, к основной деятельности которого музеи не относились. Состояние и положение музея зависели от многих факторов, в том числе контроля со стороны директора, понимания нужд и интересов музея и его работников, запросов посетителей.
В общественном музее работали сотрудники предприятия, не имевшие представлений о специфике музейной работы. Поэтому они осваивали новые роли и приобретали неизвестные им ранее профессиональные навыки: вели учет, организовывали хранение, проводили экскурсии, создавали выставки. Для чиновников и музейных специалистов общественные музеи скорее ассоциировались с любительством, самодеятельностью, чем со сферой профессиональной музейной деятельности, особенно в области хранения и учета, которые либо вообще не велись в общественном музее, либо велись нерегулярно[1202].
Несмотря на существование определенных стандартов и правил ведения музейной деятельности, они были всего лишь рекомендациями для сотрудников ведомственных общественных музеев, что позволяло им выстраивать историю завода в разных вариациях и изобретать новые музейные традиции и обряды. С их помощью сотрудники наполняли конструкции «новый человек», «строитель коммунизма» очень конкретными маркерами профессиональной и локальной идентичности заводчанина, жителя заводского района. Сложно понять, насколько ведомства, в ведении которых находились заводы, были заинтересованы в появлении таких музеев. Однако сами предприятия использовали их для формирования корпоративной культуры[1203].
Ведомственные музеи исторического профиля – открытие позднесоветской эпохи[1204]. Такие музеи актуализировали локальные идентичности, романтизировали предприятие и мифологизировали его историю, героизировали его работников независимо от занимаемых должностей. Будучи заводскими «витринами», они хранили память о больших и маленьких достижениях и собирали вокруг себя тех, кто готов был присоединиться к конструированию локальных историй и идентичностей, связанных с прошлым завода и района.
