На Пермском орудийном заводе, как тогда именовался машиностроительный завод, первый музей возник еще 1921 году и должен был обучать работников основам профессионального дела на примере бракованных вещей с производства всех цехов и отделов, а также рассказывать про историю артиллерийского дела на заводе с 1864 года. Создатель производственного артиллерийского музея, заведующий полигоном А. С. Васильев видел в этом музее большой учебный потенциал «для будущих научно-образованных слесарей, токарей и мастеров и др. спецов по металлу и дереву» и призывал руководство завода поддержать музей средствами и помещением, которое бы располагалось исключительно на территории завода: «Музей должен быть при заводе. Иначе он своего назначения не выполнит, а выброшенный с территории завода оторвется от него и захиреет»[1176]. В 1935 году при поддержке директора завода П. К. Премудрова и на основе решения IV технической конференции у Васильева появился шанс создать полноценный технический музей при заводе как «хранилище технического опыта истории как самого завода, так и производства имеющихся достижений, его перспектив»[1177]. Но через пару лет директор завода был арестован, в 1938 году расстрелян, а музей и его создатель больше не упоминались в заводских документах.
Если в 1920‑х годах музей при заводе представлялся исключительно на заводской территории, то в 1970-x годах главным условием открытия музея стало его размещение за пределами завода, в доступном для заводчан микрорайоне. Музей изначально задумывался не столько техническим или корпоративным, по истории предприятия, сколько историко-краеведческим, с акцентом на истории Мотовилихи, заводском районе города Перми. Поиск подходящего помещения для музея шел разными путями. Одним из рассматриваемых предложений, сделанных директором завода В. Н. Лебедевым, был вариант расселения жильцов первого этажа ведомственного многоквартирного дома в Рабочем поселке. Но после ревизии существовавших пространств были обнаружены не используемые по назначению помещения во Дворце культуры им. В. И. Ленина, который десятилетием раньше выстроил завод. Таким образом, открытие заводского музея в декабре 1976 года вне территории предприятия стало еще одним шагом по развитию социальной и культурной инфраструктуры района.
Кроме того, музей и его сотрудники не ограничивались экспозиционными площадями и включались в активистскую коммеморативную деятельность в городе, принимали участие в размещении на территории района знаковых для истории завода экспонатов: пушки, изготовленной на заводе, мемориала памяти заводчан – героев фронта и тыла и т. д. Такая активная позиция сотрудников заводского музея совместно со столичными скульпторами в освоении городского пространства вызывала иногда раздражение, обвинения в ведомственности со стороны разных общественных сил:
Разве может появиться на площади или улице – общих для всех горожан – какая-либо «местная», ведомственная скульптура? – справедливо замечает в своем письме ветеран труда Г. В. Рочев… Что это? Отголоски этакой своеобразной ведомственности? Или гипноз авторитетов? В редакционной почте немало писем о том, что у нас в Перми не стало еще правилом широкое обсуждение проектных предложений по памятникам, которым стоять века. Называют неудачной, по мнению многих, монумент «Скорбящая» на воинском кладбище в Разгуляе. Немало критики и по мемориалу в Рабочем поселке: многие недоумевают по поводу композиции главной фигуры, расположения в низине плит с именами павших, Вечного огня, незаметного даже для мимо проходящих. И вот теперь еще один из «необсужденных» монументов…[1178]
Эта дискуссия развернулась в конце 1986-го – 1987 году по поводу установки памятника – пятиметровой фигуры рабочего с развернутым знаменем, призывающего к борьбе за власть Советов, в исполнении московского скульптора В. М. Клыкова и архитектора В. И. Снегирева. Их авторству принадлежало уже несколько памятников на территории Перми, один из них – в Мотовилихе – так и не был завершен[1179].
