Он родился в 1949 году в поселке Петряевка близ Дзержинска. Семья его характеризовалась как благополучная. Окончив школу, Давыдов переехал в город.
Первое убийство он совершил в 1970 году, накануне призыва в армию, забив девушку саперной лопаткой. Жертва еще дышала, когда Иван ее ограбил и забросал тело землей. Сумку и туфли жертвы выкинул в болото. Тело было найдено на следующий день, но следствие зашло в тупик.
За время военной службы маньяк понял: показная идейность, лозунги, партбилет могут служить отличным прикрытием для гнилой изнанки человека. «Если соблюдать мелкие правила, можно нарушать большие. Я буду весь как на ладони, со всеми этими лозунгами и принципами. У меня не будет алиби. Для таких как я – оно не требуется!» – писал он в своем дневнике.
Давыдов работал на заводе «Капролактам» и был передовиком производства. Маньяк вступил в партию, значился в числе кандидатов на партийную должность и выдвигался на партийный съезд в Москву. Был членом ДНД.
Начиная с 1973 года, маньяк-коммунист совершил еще восемь нападений. Его жертвами стала пожилая семейная пара, которых он зарубил топором, а потом добил кухонным ножом и вилками. Из дома украл деньги, золото и ценности.
В 1974 году Давыдов совершил тройное убийство с ограблением. И вновь его не посчитали подозреваемым – Иван был ударником коммунистического труда.
В середине декабря 1974 года Иван убил сотрудницу ВОХР и похитил у нее табельное оружие. По этому делу он был опрошен только лишь как свидетель.
Тем не менее Давыдов нет-нет да и оставлял улики на местах преступлений. Опытная криминалист Тамилла Сувчинская не раз говорила следователям о его более чем вероятной причастности, но стоило кому-то из сыщиков заинтересоваться «оборотнем», как тут же следовал гневный звонок из местного обкома партии.
В середине февраля 1975 года Давыдов ограбил сберкассу – сигнализация там не работала. При ограблении он убил двух девушек-кассиров, нанеся каждой множество ножевых ранений и завязав жертвам глаза их же шарфами. Добыча составила 2513 рублей, револьвер системы «Наган», пачку облигаций и лотерейные билеты.
Летом того же года Иван женился, перед свадьбой он подарил невесте кольцо, украденное у жертвы. Вскоре у пары родился ребенок.
Все свои убийства Иван записывал в тетрадь с названием «Моей дочери, когда-нибудь она это прочтет».
Партийные органы были слепы, но соседи и коллеги первыми почуяли лицемерие Ивана. Они замечали у него вещицы, похожие на те, что были украдены у жертв. К тому же некоторым девушкам удавалось от него вырваться. «У него был звериный взгляд и глаза были стеклянные», – с ужасом вспоминала потом одна из них. И хотя милиция в те годы крайне неохотно принимала заявления о попытках изнасилования, все же постепенно доказательная база накопилась.
В июне 1979 года он убил свою коллегу по заводу, забив женщину до смерти кирпичами. Один из коллег Давыдова полушутя спросил его:
– Ваня, тебя уже дважды видят около мест, где трупы находят. Колись, твоих рук дело?
Иван испугался, но заверил, что сам без понятия, почему в городе происходят убийства.
Последней жертвой убийцы стала мать его друга: напившись, Давыдов стал требовать у нее денег, а получив отказ, зарезал женщину ножом. Потом лицемерно скорбел на ее похоронах.
Арестован Давыдов был лишь в апреле 1981 года. На допросах он признался в совершении десяти убийств. Судебные психиатры и суд признали его вменяемым, и мерзавец был приговорен к расстрелу.
Ярким примером убийцы-властолюбца является Сергей Александрович Сергеев, который в конце 1980-х в Запорожье и Ялте убил троих и покушался на убийство еще шести человек.
Он был нелюбимым ребенком и настолько «трудным подростком», что даже родная мать писала на него заявление в милицию. Вот так он и вырос – озлобленным, ненавидящим мир.
Этот маньяк не скрывался и даже оставлял на месте преступлений записки для милиции. А однажды оставил аудиокассету с истерически-пафосной речью, перемежавшейся с руганью: «Люди мрут как мухи! … Куда вы смотрите, а? Я нахожусь возле вас! Всегда хожу возле вас, и никто меня не остановит! … Я постараюсь, чтобы вы меня по телевизору показали, потому что каждый день я буду убивать людей! Кто будет следующая жертва, а? Это знаю только я!!! … Когда милиция в округе искала, я за этим наблюдал и думал: кого бы еще убить, а то что-то мало? …Теперь будут дети! Продолжение следует!!! … Я буду убивать, убивать, убивать, чтоб люди боялись в округе меня!».
Этот же лозунг – «Люди мрут как мухи!» он написал кровью на стене квартиры после убийства 84 летней пенсионерки..
