В упомянутом выше фильме «Хранители улиц» рассказывается, что самых первых послеблокадных эрмитажных котов и кошек нашли в городе, в подвалах и руинах. Сотрудники музея просили помощи у добровольцев, поскольку в залах из-за обилия крыс было страшно развешивать спасенные от бомбежек и пожаров картины. Физик-ядерщик и литератор Арсений Березин, который в то время был школьником, вспоминает в фильме, как купил в аптеке валерьянку и сумел приманить на нее кошку и котенка. Всего в Эрмитаж, по его словам, тогда принесли 16 котиков. Они и стали первыми защитниками музея от грызунов.
Тюменский краевед Татьяна Гарданова все-таки сумела собрать свидетельства очевидцев и даже архивные подтверждения, что из Тюмени кошек в Ленинград действительно отправляли. Меньше, чем говорится в легенде, – не эшелон, не пять тысяч кошек, а около двухсот. В их честь в Тюмени был назван Сквер сибирских кошек.
Кузьма Петров-Водкин. Спящий щенок
В освобожденном от осады, измученном, одолеваемом крысами Ленинграде кошки действительно были огромной ценностью. К примеру, весной 1944 года килограммовую буханку хлеба не по карточкам в магазине, а в частном порядке можно было купить за 50 рублей. А самый обычный котенок тогда стоил в 10 раз дороже. Это зафиксировал в своем дневнике писатель Леонид Пантелеев.
Художница по игрушкам Наталья Тыркова в фильме «Хранители улиц», сама будучи блокадницей, подтверждает, что кошки в то время очень ценились. Их брали напрокат у тех, кто сохранил свою мурлыку или приютил уцелевшую. Принадлежавшая семье Натальи Тырковой черная с рыжим отливом кошка по прозвищу Ржавая Матрена гастролировала в нескольких квартирах по очереди – ловила крыс.
В современном Санкт-Петербурге существует три памятника котикам блокадного Ленинграда. Все они поставлены по инициативе горожан. На Малой Садовой улице – бронзовые фигуры кота Елисея и кошки Василисы. А на улице Композиторов – скульптура кошки, сидящей на венском стуле, и табличка: «В память о кошках блокадного Ленинграда». Также в интернете можно найти короткий, но очень трогательный любительский мультфильм «Как ярославские коты спасали Ленинград».
Советское отношение к животным было хотя и преимущественно утилитарным – собака для охраны или охоты, кошка для ловли мышей, скотина для пропитания, – но все же если не по-современному гуманным, то рачительным. Промышленных кормов еще не было, ветеринарная помощь была не так развита и направлена в немалой степени на предотвращение заболеваний, опасных для человека. Но при этом откровенная жестокость общественным мнением и официальными установками не одобрялась. Охота контролировалась государством, принимались постоянные меры к правильной организации охотничьего хозяйства, созданию условий для роста поголовья зверей и улучшения их состояния.
Идея гуманного отношения к животным постоянно звучала в произведениях искусства – таких, как художественный фильм «Белый Бим Черное Ухо» или документальная лента «Кому он нужен, этот Васька?», режиссером которой был знаменитый Сергей Образцов. Огромной популярностью пользовались произведения писателей-натуралистов – Виталия Бианки, Игоря Акимушкина, Евгения Чарушина, Веры Чаплиной.
Красота животного могла иметь важное значение. Знаменитый конь Квадрат, орловский рысак, родившийся на Московском конном заводе в 1946 году, был широко прославлен в первую очередь за идеальную красоту. Он побеждал на соревнованиях, отличался волей к победе, но прежде всего обладал неотразимо совершенным экстерьером. Потомство Квадрата составило 620 жеребят, и многие его отпрыски унаследовали безупречную внешность. Красота Квадрата увековечена в двух памятниках, поставленных еще при его жизни перед входом на Московский конный завод и на ВДНХ.
Первыми собаками, успешно совершившими космический полет, были дворняжки Белка и Стрелка. Их отбирали по целому ряду параметров – вес до 6 кг, спокойный характер и светлый окрас, чтобы удобнее было наблюдать за ними по видеосвязи. При этом специалисты искали максимально симпатичных и обаятельных собачек, чтобы они хорошо смотрелись на фото для СМИ и в кадрах кинохроники.
Белка и Стрелка
Предыдущий старт корабля с собаками Лисичкой и Чайкой оказался неудачным – ракета загорелась и взорвалась вскоре после старта. «Подошел Королев. Я собрался докладывать, но он отмахнулся, не спрашивая медиков, взял Лисичку на руки. Она доверчиво прильнула к нему. СП осторожно гладил собаку и, не стесняясь окружающих, сказал: “Я так хочу, чтобы ты вернулась”. Непривычно грустное было у Королева лицо…», – вспоминал конструктор Борис Черток.
Для Белки и Стрелки разработали новую катапультируемую капсулу, которая в случае нештатной ситуации отстреливалась от ракеты. Впоследствии аналогичная конструкция спасла жизнь нескольким советским космонавтам.
Уголек и Ветерок на почтовой марке
