15 марта 1948 года Совет министров СССР издал постановление «О строительстве нового здания для Московского государственного университета», затем были приняты еще два постановления, посвященные строительству и проектированию университетской высотки. Лично Сталин предложил построить этот корпус Московского университета в числе других сходных по высоте и архитектуре зданий. В проекте были частично использованы архитектурные идеи когда-то планировавшегося, но так и не построенного Дворца Советов. Курировал возведение Главного здания Лаврентий Берия, для строительства и отделки был создан отдельный лагерный пункт в самом главном здании (на 22-м этаже) на 700 заключенных. Всего в строительстве высотки и масштабных зданий ближайших факультетов участвовали несколько тысяч зеков ГУЛАГа. Они занимались тем, что выкладывали внутренние стены, штукатурили и красили. В многочисленных легендах (в том числе о найденных в здании спустя десятилетия скелетах заключенных), связанных с возведением МГУ, рассказывается о том, что некоторые заключенные смогли сбежать при помощи хитроумных планов и подручных механизмов – как пешком, так и на самодельном аэроплане. Согласно документам того времени, побегов не было, поскольку заключенные, участвовавшие в строительстве, знали, что после сдачи здания их должны амнистировать. К тому же с наиболее опасными антигосударственными статьями на строительство не брали, опасаясь последующих диверсий.
Вид на Главное здание МГУ со стороны клубной части. Фото А. Б. Громова
Главное здание Московского университета стало самой большой из столичных высоток. Ширина его фасада – 450 метров. Высота центральной части – 240 метров. При этом авторы архитектурного проекта понимали, что столь крупное строение может вызвать у находящихся рядом с ним людей ощущение подавленности, собственной незначительности. А визуальное разделение постройки на множество фрагментов означало бы уничтожить общее впечатление грандиозности университета. В итоге была разработана сложная система из многих уровней. Самый заметный – центральная часть, господствующая над угловыми жилыми башнями, но одновременно и уравновешиваемая ими. По такому же принципу со множеством локальных групп и центров, объединенных общей визуальной структурой всего здания, размещены элементы декора разной величины и даже окна. В итоге Главное здание не воспринимается как тяжелый монолит, но в то же самое время все элементы являются очевидной частью целого, и это впечатление сохраняется при взгляде с любого расстояния.
Главная идея, лежащая в основе композиции высотки, – иерархичность… Тотальное соподчинение, иерархия проявились в архитектуре здания не просто так: они отражали социальные процессы того времени. Неслучайно высотки своей ярусностью похожи на кремлевские башни или на православные соборы; сталинское общество строилось на началах субординации, ранжирования, кастовости, подобно обществу феодальному. Идеи революционной борьбы и равенства, породившие авангард, ушли в прошлое; советское общество снова распалось на иерархические группы угнетенных, строивших высотки, и угнетателей, живших в них, и, следовательно, снова возник спрос на классическую, дворянскую по духу архитектуру. Правда, расслоение теперь происходило не по классовому признаку, а на основании близости к советской номенклатуре. Переход от равенства к иерархии проявился даже в таком формальном моменте, как протоколы заседаний Политбюро: до 1930 года все члены Политбюро перечислялись в алфавитном порядке, после – первым всегда идет Сталин. Аналогичные изменения происходили по всей стране, на всех уровнях…
