Она могла бы прямо теперь обратиться вороном и улететь, но это значило, что придётся оставить Весю одну в городе, полном Охотников. Кто-нибудь в доме ландмейстера точно выжил, и скоро все в городе должны были узнать, что она ведьма, и тогда спасения не стало бы ни ей, ни её близким.
И всё же сестра держалась ближе к Ежи и Горице. Она не могла знать, что только ради неё Дара до сих оставалась в городе и подвергала свою жизнь опасности. Веся, верно, считала Дару злодейкой, которая увела её любимого, чудовищем, что действовало только ради собственной выгоды.
Лучше бы так и было. Лучше бы Дара думала больше о своём благополучии.
Стрела пошёл впереди. Он был проворным, ловким. Дара заметила, как легко он двигался, как внимательно прислушивался к звукам, как напряжены были его руки, – в любой миг он готов был схватить меч.
Меч. У наёмника.
Сердце пропустило удар, и Дара споткнулась на ровном месте, Небаба поддержал её за локоть. Его огромная рука показалась чудовищной, он мог сломать её кости легко, как тростинку. У Небабы на поясе висел боевой топор, и это показалось правильным.
Меч – оружие благородных, это знак власти, рода и благородного происхождения. Когда Дара впервые встретила Вячко, то не задумалась об этом, её обманул усталый вид и поношенная одежда, но теперь она знала наверняка: наёмники были не так просты.
«Они могли ограбить кого-то знатного».
Даре хотелось в это верить. Она хотела верить, что бежала из ловушки не ради того, чтобы угодить в другую. Но разве достаточно просто забрать чужой меч? Нужно уметь им пользоваться, а сражаться на мечах учили только детей знатных людей.
– Как вы прошли сюда незамеченными? – спросила она у Ежи.
– В городе переполох, до нас не было никому дела.
– Уверен?
В груди росло волнение, от него пальцы сводило судорогой и ноги заплетались.
– А у тебя есть сомнения?
– Нужен другой путь.
– Сама чего получше придумай, – прогудел Небаба.
– Вас вроде как наняли вывести нас из города в целости и сохранности, – возмутилась Дара. – Так кто должен придумать, как это сделать? Я или вы?
Стрела присвистнул и поднял руки, показывая ладони, как если бы успокаивал дикого зверя.
– Ти-ише, ведьма, не буянь, – он протянул слоги, словно колыбельную напевал. – Тут два взрослых мужика, опытные воины, как-нибудь разберёмся.
– Как-нибудь разобраться я и сама могу, но плачу вам, чтобы вы разобрались хорошо. Охотники взбешены, они будут искать чародеев. Мы не можем попадаться им на глаза.
Дара с трудом сдержалась, чтобы не обругать щербатого наглеца, на языке вертелись меткие и столь унизительные слова, каких она в жизни не произносила, но нередко слышала от торговцев на ярмарке.
Ежи и Горица робко молчали, а Веся, беспокойно теребя косу, пролепетала:
– Как-то всё это опасно звучит.
Стрела скривился, закатил глаза и, кажется, готов был уже высмеять её за опасения, но вдруг закрыл рот. Взгляд его остекленел, и Дара невольно поджала губы. Она знала этот взгляд, она десятки раз видела, как парни смотрели таким образом на Весняну.
Точно мокрый пёс, Стрела отряхнулся, сбросив оцепенение.
– Не наша вина, что всё пошло кувырком. Мы хотели спокойно дождаться ночи, но теперь времени нет. Охотники наверняка проверят Совиную башню. Нужно уходить сейчас.
– Ты, – вдруг ахнула Веся, округлив глаза. – Ты же тогда подходил к нашему дому. – Она показала на Стрелу пальцем. – Я только сейчас тебя узнала.
– Что ты имеешь в виду? – нахмурилась Дара.
– Я видела его у нашего дома ещё несколько седмиц назад. Кажется, в прошлом месяце…
В груди заскреблось беспокойное чувство. Дара внимательно посмотрела на Стрелу, но он выглядел спокойным.
– О, точно, – ухмыльнулся он будто бы удивлённо. – Теперь и я тебя узнаю.
– Ох, Ежи, давай вернёмся домой, – взмолилась вдруг Горица. – Не тронет нас никто, кому мы с тобой нужны?
– Тише, мать, – насупился паренёк. – Решено уже всё.
– Шо решено? Всё побросаем, голодранцами по свету пойдём? А лечить тебя кто будет? Только Стжежимир и Милош это умеют, да и Милош… Как мы его оставим?
– Ма-ам, умоляю, помолчи.
Только Горица не послушалась, схватилась за сердце и завыла, точно голодная собака. Небаба тут же оказался рядом, приобнял её с силой за плечи:
– Баба, если не замолчишь, я тебе шею сверну.
Горица ойкнула и затихла мгновенно. Ежи будто и хотел что-то сказать, но не решился, только посмотрел с обидой на Небабу. Наёмник был выше на голову и одним ударом мог отправить Ежи к пращурам. Куда сыну кухарки было с ним тягаться?
Дара не сдержала злорадного смешка.
– Хватит терять время, – нетерпеливо сказал Стрела.
Он пошёл впереди, Небаба замыкал процессию, и Дара несколько раз беспокойно оглядывалась на него. Они доверились вооружённым незнакомцам, и никто, кроме самой Дары, не смог бы противостоять им. Оставалось только надеяться, что наёмники не пойдут против них.
