В и к т о р (приоткрыв дверь, высовывает голову). Привет… Что вам угодно?

Судья с изумлением смотрит на полуобнаженного незнакомца.

М е л и т т а. Мы хотим вас попросить, перестаньте, пожалуйста, петь.

С у д ь я. Понимаете, у меня болит голова.

В и к т о р. Пожалуйста. (Закрывает дверь.)

М е л и т т а. Видите! Я же говорила вам — не доискивайтесь!

С у д ь я. Нам не следовало сюда приходить. Не следовало… Я же говорил, не надо идти…

М е л и т т а. Вы говорили, Лала, что нам не следует идти к Залавари, но ведь это не Залавари. Будьте логичны.

С у д ь я. Это я должен быть логичным? Будьте сами логичной. Я встаю в шесть утра. У меня ежедневно по три судебных заседания, а в ветреную погоду у меня вдобавок начинается мигрень. К тому же я терпеть не могу Зала…

М е л и т т а (перебивая). Можете спокойно договаривать. Там, где на стене написано имя Пикассо, семейства Залавари быть не может.

Виктор в ванной начинает насвистывать.

С у д ь я. У меня голова раскалывается от боли. Уйдем отсюда.

М е л и т т а. Подождем. Вот разгадаем загадку, и мигрень вашу как рукой снимет.

С у д ь я. И хоть бы один стул найти… посидеть…

М е л и т т а. Сядьте на ковер.

С у д ь я. Какой ковер?

М е л и т т а. Вот тут написано: бухарский.

С у д ь я. Бухарский? У Залавари никогда не было бухарского ковра. И никакого ковра тут нет!.. А если б и был, я бы на него не сел.

М е л и т т а. Правильно, надо всегда сохранять чувство собственного достоинства.

Пауза.

С у д ь я. Когда вы сегодня звонили, кто с вами говорил по телефону?

М е л и т т а. Трубку никто не поднял.

С у д ь я. И мы, зная, что хозяев нет дома, все же пришли!

М е л и т т а. А почему бы и нет? Раз в ванной свистят и варится кофе, значит, кто-то дома.

С у д ь я. Но ведь нас приглашали не на чашку кофе, а на ужин.

М е л и т т а. Вы же говорили, что все равно ничего не будете есть, потому что у вас мигрень.

С у д ь я. Совершенно верно, я сказал, что ничего не стану есть за ужином. Но я вовсе не намерен отказываться от еды только потому, что тут вообще нечего есть.

М е л и т т а. Лала, вы неисправимый формалист.

С у д ь я. Ничего не поделаешь. Когда в передней не пахнет едой, а из столовой не доносится стука посуды, и нас не приглашают к столу, у меня вдруг просыпается аппетит, в желудке урчит, и желудочные соки требуют утоления голода калорийной нищей. В судебной медицине об этом ничего не сказано, но, мне думается, Мелитта, мои условные рефлексы действуют наоборот.

М е л и т т а (вздыхает). Если б вам удалось направить свои рефлексы на правильный путь, вы, пожалуй, могли бы осчастливить и меня. Вам бы следить за своими желудочными соками, чтобы они не дремали, когда им дают поесть.

С у д ь я. Попытаюсь, Мелитта. (Целует ей руку.)

М е л и т т а (гладит мужа по голове, с некоторым сомнением). Ну что ж, дорогой, поживем — увидим.

Явление четырнадцатое

Т е  ж е  и  В и к т о р.

Из ванной выходи т  В и к т о р; на нем смокинг. Несколько секунд он наблюдает за умилительной сценой.

В и к т о р. Целую ручки, мадам! Сервус, Лала! (Чтоб разрядить атмосферу, галантно целует руку Мелитте, обменивается сердечным рукопожатием с судьей.)

С у д ь я. Ты на короткой ноге с семейством Залавари?

В и к т о р. В деловых отношениях… (Мелитте.) Но я, кроме того, поэт.

М е л и т т а. Обожаю поэтов! К сожалению, мне редко приходится общаться с ними.

В и к т о р. Здесь собралась славная плеяда поэтов, к тому же истинных лириков.

С у д ь я. Очевидно, Залавари на сей раз решили пригласить к себе ни ужин более пестрое общество.

В и к т о р. Увы, Залавари тут больше нет.

С у д ь я. Как так?

М е л и т т а. Мой дорогой, вы не выносите Залавари, так почему же вы не можете примириться с отрадным фактом, что их тут нет? Ну и слава богу, что их нет.

С у д ь я. Но ведь они пригласили нас на ужин.

В и к т о р. Верховное командование не могло обойтись без нашего друга Ричи Залавари. Сам понимаешь… международные события огромной важности… Словом, Ричи нет. И ужина тоже нет.

С у д ь я. Тогда нам, пожалуй, ничего не остается, как отправиться восвояси.

М е л и т т а. Жаль… Я только стала входить во вкус…

С у д ь я. Как прикажете. Но я не желаю вместо ужина пить черный кофе.

В и к т о р. Сударыня, а вот и поэты!

Явление пятнадцатое

Те же, Ш а н д о р, К а р о й, Б а л и н т  и  Ю л и я.

Б а л и н т, войдя, в изумлении останавливается у порога. За ним входят все остальные.

М е л и т т а. Добрый вечер.

Перейти на страницу:

Поиск

Похожие книги