В-третьих, «Структура социального действия» обосновала социологическое теоретизирование как законную и важную форму социологической деятельности. Теории, появившиеся в Соединенных Штатах после этого, многим обязаны работе Парсонса.
Наконец, Парсонс ратовал за определенные социологические теории, оказавшие глубокое влияние на социологию. Сначала Парсонса считали, как и он себя сам, теоретиком действия. Как казалось, он фокусировался на активном человеке, его мыслях и поступках. Ко времени появления его работы в 1937 г., и особенно в более позднем творчестве, Парсонс больше выглядел как структурно-функциональный теоретик, изучавший крупные социальные и культурные системы. Хотя Парсонс утверждал, что между имевшимися теориями нет противоречия, он приобрел наибольшую известность как структурный функционалист и стал первым представителем именно этой теории, завоевавшей в социологии авторитет и сохранявшей его до 1960-х гг. Сила теории Парсонса и, в целом, структурного функционализма состояла в изображении отношений между крупными социальными структурами и институтами (см. главу 3).
Основное изложение Парсонсом теории структурного функционализма последовало в начале 1950-х гг. в ряде произведений, из которых наиболее знаменательна «Социальная система» (1951 [Barber, 1994]). В этой и других работах Парсонс был склонен концентрироваться на структурах общества и их отношениях. Он считал, что они взаимно поддерживают друг друга и тяготеют к динамическому равновесию. Упор был сделан на том, как между различными элементами общества поддерживается порядок (Wrong, 1994). Изменения виделись упорядоченным процессом, и, в конце концов, Парсонс (Parsons, 1966,1971) пришел к неореволюционному взгляду на социальные изменения. Парсонса интересовала не только социальная система как таковая, но также ее взаимоотношения с другими
Теперь становится ясно, почему Парсонса характеризуют главным образом как
Хотя Парсонс сделал в истории социологической теории в Соединенных Штатах много важного и полезного, его творчество имело и отрицательные последствия. Во-первых, он предложил толкование идей европейских теоретиков, больше отражавшее его собственные теоретические воззрения. Многие американские социологи из-за такой интерпретации с самого начала получили ошибочное представление о европейских авторитетах. Во-вторых, как уже отмечалось, в начале своей карьеры Парсонс по большей части пренебрегал теорией Маркса, в результате чего идеи последнего долгие годы оставались на периферии социологии. В-третьих, его собственная теория по мере развития обнаружила ряд серьезных недостатков. Однако из-за выдающегося положения Парсонса в американской социологии критика долго молчала под давлением его авторитета. Лишь много позже о недостатках теории Парсонса и в целом структурного функционализма стали говорить открыто.
Но мы забегаем вперед, и должны вернуться к началу 30-х гг. XX в. и другим исследованиям, проводившимся в Гарварде. В этом смысле нам очень поможет рассмотрение теории видного социолога Гарвардского отделения — Джорджа Хоманса.
Джордж Хоманс (1910–1989). Состоятельный бостонец Джордж Хоманс получил в 1932 г. в Гарварде степень бакалавра (Homans, 1962; см. также Bell, 1992). В результате Великой депрессии он оказался безработным, но, конечно, не без средств к существованию. Осенью 1932 г. психолог Л. Дж. Хендерсон вел курс по теориям Вильфредо Парето, Хоманса пригласили, посещать этот курс, и он принял это приглашение (Парсонс также присутствовал на семинарах по Парето.) Описание Хомансом того, почему его так привлекли и захватили воззрения Парето, во многом объясняет, почему американская социологическая теория была столь консервативной и столь антимарксистской:
