Создатели полностью

Капитан опустил пакет на стол и положил рядом еще один. В нем была пластиковая карточка с длинным прямым номером из букв и цифр.

— Где вы это взяли? — Капитан указал на карточку.

— Не знаю.

Руперта опять больно ударило током.

— А теперь? — спросил капитан.

— Не помню.

Второй разряд был еще сильнее.

— Почему вы по-прежнему пытаетесь лгать, мистер Руперт? Вы так до конца и не усвоили правила? Думаете, мы не выяснили, что это за номер? Мы знаем, кому он принадлежит.

— Тогда вы знаете больше меня, — сказал Руперт. Он вздрогнул, ожидая нового удара током, но капитан то ли поверил ему, то ли устал пытать.

— Давайте кое-что проясним, мистер Руперт. Ваша жена все еще в заключении. Мы арестуем ваших родителей через десять минут, если пожелаем. Хотя вряд ли они будут держаться тут так же хорошо, как вы. Что касается вас… Вы знакомы с угольной промышленностью?

— Нисколько, сэр.

— Вы быстро научитесь. Я постоянно получаю запрос на рабочую силу из трудового лагеря для гражданских лиц в Западной Виргинии. Не знаю, что там творится, но им вечно требуются новые люди. Что касается вашей жены, нам всегда нужны рабочие руки для очистки реактора Команчи-Пик. Вы помните взрыв на Команчи-Пик?[9]Возможно, вы рассказывали о нем в новостях.

— Тогда я еще был стажером.

— У восьмидесяти трех процентов рабочих на Команчи-Пик в течение года развиваются злокачественные опухоли. Там тоже постоянно нужно свежее мясо.

Руперт не мог ответить. Он пытался отделаться от образа Мэдлин, беззубой, лысой и иссушенной радиацией.

— Готовые наряды на работу лежат у меня на столе, — продолжал капитан. — Мне осталось только подписать их, и вас с женой сегодня же погрузят в поезда, разумеется, разные. В пять утра по восточноевропейскому времени вы уже будете трудиться. Понятно?

— Да, сэр.

— Вполне вероятно, что я отправлю вас в эти лагеря. У вас есть только один способ этого избежать. Хотите знать, какой?

— Да, сэр.

— Мистер Стоун явно хотел, чтобы вы связались с этим человеком. — Капитан постучал по пакету с вещдоками. — Нам нужно, чтобы вы это сделали. На время этого разговора вам разрешается задавать вопросы.

— Почему вы хотите, чтобы я это сделал?

— Вопрос не принимается.

— Ладно, извините. Что я должен сказать, когда позвоню?

— Вы сделаете все, что потребуется, чтобы войти к нему в доверие. Мы полагаем, что ему известно местонахождение цели класса А — человека, арест которого является приоритетной задачей нашего ведомства. Возможно, со временем он даже выведет вас на этого человека. Присмотритесь к нему внимательно. Мы хотим, чтобы вы выяснили, где он находится.

Капитан положил экран на стол и повернул его, чтобы Руперту было хорошо видно. На экране появилась фотография мужчины в профиль и анфас, скорее всего, сделанная в полицейском участке. На снимке был здоровяк примерно сорока лет, похожий на растолстевшего футбольного нападающего, с густыми неухоженными усами и всклокоченной бородой. Он носил длинные волосы, но на макушке у него виднелась морщинистая плешь, на которой Руперт разглядел старую татуировку, похожую на царапины или куриные следы.

Руперт прочитал написанное под фотографией:

Рядом с фото мигали два окна: ВОЗРАСТНЫЕ ИЗМЕНЕНИЯ и ОСОБЫЕ ПРИМЕТЫ/ТАТУИРОВКИ. Руперт коснулся второго окна, и вместо снимка мужчины появилась дюжина крупных фотографий его татуировок: на плече был воющий волк и еще больше отметин, напоминающих царапины, на икре — символ, похожий на свастику, но с тремя лучами, а на спине — настоящая свастика в кольце огня.

— Не понимаю, — сказал Руперт, — как Салли мог связаться с таким типом?

— На свете всякое бывает, — ответил капитан. — Я не говорил, что ваш инакомыслящий друг знал его лично.

— Почему этот человек вас так интересует?

— Он цель класса А. Представляет угрозу для государства.

— Какого класса я?

— Класс D. Небольшая помеха.

— Рад слышать. Что будет, если я соглашусь позвонить по номеру на карточке и попробую найти этого старого скинхеда?

— Тогда я взмахну волшебной палочкой, и вы станете жить, как раньше, — ответил капитан. — Мы отпустим вас. Отпустим вашу жену.

— Вы снимете все обвинения?

— Мы отпустим вас с очень строгим предупреждением и будем пристально следить за вами, но вы этого не заметите. Вы приведете нас к цели, снова станете послушным высоконравственным гражданином и больше никогда о нас не услышите.