— Дэниэл, — сказал он, — это Джордж Болдуин с работы. Мы надеемся, что ты отлично отдохнул, и ждем тебя в офисе в понедельник. Приди в себя за выходные и не забудь нанести мазь на ожоги от медуз. Хорошего дня и передавай от меня привет жене!
Сияющее лицо Болдуина замерло, а потом исчезло.
Пришибленный после снотворного Руперт забыл о Мэдлин, но сейчас его охватила паника. Они могли сделать с ней что угодно: оставить в заложниках, чтобы шантажировать его, или покалечить в назидание мужу.
— Мэдлин! — закричал он. Он попытался подняться наверх, но не мог удержать равновесия и проделал большую часть пути на четвереньках. Он преодолел коридор, шатаясь и держась за стену, чтобы добраться до спальни.
— Мэдлин?
Войдя, он вспомнил спальню Салли: вспоротый матрас, следы крови и клок волос на кроватной стойке.
В спальне был порядок. Мэдлин спала на привычном месте, закутавшись в одеяло. Руперт сел рядом с женой и откинул одеяло, чтобы рассмотреть ее. У нее на лице не было побоев. Он проверил обе ее руки: никаких черных шрамов. Похоже, она была невредима.
Руперт коснулся ее темно-рыжих волос, наклонился и поцеловал в щеку.
— Я люблю тебя, Мэдлин, — прошептал он. Хоть это и не было чистой правдой, Мэдлин была ему ближе всех во все более враждебном мире, он готов был защищать и опекать ее и не хотел, чтобы ей причинили вред. Они оба пережили кошмар и вместе смогут оправиться от него.
— М? — Мэдлин открыла глаза и злобно посмотрела на Руперта. Она принялась хлестать его по лицу обеими руками. — Уйди! Не трогай меня!
Пораженный Руперт едва смог уклониться от ударов, отодвинувшись в дальний угол кровати.
— Прости, Мэдлин. Не знаю, что они делали с тобой, но теперь все в порядке. Что с тобой?
— Они мне все рассказали, Дэниэл.
— Что все?
— Не строй из себя невинность. Они рассказали мне про нее.
— Про кого?
— Ты знаешь, про кого, Дэниэл, — ее зеленые глаза пылали. — Про твою… любовницу. Как ты мог со мной так обойтись?
— Я не понимаю, о чем ты, Мэдлин. — Руперт не спал ни с кем, кроме нее, после свадьбы. — Мэдлин, у меня никого нет.
— У них есть видео! — прокричала она. — Я видела, как ты… Делал мерзкие вещи с этой черной уродиной. Противоестественные вещи. Ты делал это в противоестественные места, Дэниэл. — Мэдлин посмотрела на ширинку его шорт, ее губы задрожали, и она отвернулась, отгородившись копной рыжих волос. — В места, которые Господь не предназначил для этого.
— Это неправда, Мэдлин. Они могут подделать видео. Это проще простого. Нельзя верить всему подряд, только потому, что это показали на экране.
— Что это значит? Тебя показывают каждый вечер. Я так понимаю, в новостях тоже врут.
— Чаще всего.
Она вскрикнула и швырнула Руперту в лицо подушку. Он не стал защищаться. Ей хотя бы хватило ума бросить декоративную подушку, расшитую пуговицами и бусинами. Они оцарапали Руперту щеку.
— Мэдлин, я не вру. Я никогда тебе не изменял.
— Они мне рассказали. Я знаю, что изменял.
— Почему ты им веришь?
— Мы должны верить им, Дэниэл.
— Даже после того как эти люди похитили нас из нашей собственной кровати? Тебя допрашивали? Что они с тобой делали?
— Я не хочу об этом говорить.
— Мэдлин…
— Я вообще не хочу с тобой говорить. — Она села, оперевшись на спинку кровати и завернувшись в одеяло. — Мне нужно обсудить это со своим консультантом в церкви. А пока тебе лучше поспать в комнате для гостей.
— Ты уверена, что не хочешь поговорить об этом?
Мэдлин молча посмотрела на него, ее губы сомкнулись в неподвижную жесткую линию. Руперт встал и пошел в спальню на первом этаже. Он лежал, не накрываясь, на кровати среди декоративных подушек и не мог уснуть. Через пару минут он понял, что Мэдлин была одета в яркую цветастую блузу и длинную юбку из травы.
Руперт проснулся на боку, его правая рука онемела. В окно гостевой комнаты пробивался дневной свет. На минуту ему показалось, что все это сон и он снова очнется в ледяной камере, но потом он вспомнил, почему его отпустили домой.
Он сел, отвернулся от окна и спросил:
— Который час?
— Без шести минут одиннадцать утра, — ответил, как всегда, жизнерадостный женский голос.
— Какое число?
— Суббота, 23 июня 2035 года.
— Спасибо. — Он встал и потянулся. — Мэдлин дома?
— Нет. Согласно ее расписанию, она на встрече ремесленной группы в церкви. Желаете с ней связаться?
— Нет, не надо. Сделаешь кофе?
— Я бы с удовольствием, мистер Руперт, но кофеварка не готова.
— Ну, и бог с ней.
Руперт принял горячий душ, соскребая с себя грязь, накопившуюся за дни и ночи в тюрьме. Он даже воспользовался ароматным мылом Мэдлин и скрабом из виноградных косточек, чтобы дочиста оттереть кожу.
После этого он скитался по комнатам, не зная, чем себя занять. Он посчитал, что пробыл в тюрьме всего девять дней, хотя по его ощущениям прошло больше года. Привычные стены и мебель в доме казались чужими. Прежде он считал свой дом надежным местом, защищенным стенами и цифровой охранной системой, но теперь понимал, что чувство безопасности было обманчиво. Самые опасные люди могли явиться к нему в любое время. Можно было жить без всякой охраны, как Салли.
