26 мая ЦК партии большевиков направляет И.В. Сталина на Юго-Западный фронт, штаб которого находился тогда в Харькове. Через полтора месяца в беседе с корреспондентом газеты «Правда» он сообщил: «июнь – месяц быстрой и решительной ликвидации майских успехов польских войск […] поляки не только изгнаны из Киева, но и отброшены за линию Ровно – Проскуров – Могилев. Продвижение поляков в сторону Гомеля также ликвидировано… Тов. Буденный пишет нам: “Паны научились уважать конницу; бегут, очищая перед нами дорогу, опрокидывая друг друга”. Наши успехи на антипольских фронтах несомненны. Несомненно и то, что успехи эти будут развиваться». Но тут же Сталин предупреждает, что было бы недостойным бахвальством думать, что с поляками в основном уже покончено, что нам остается лишь проделать «марш на Варшаву»[62].
Новое наступление началось 4 июля. Ломая сопротивление противника, Западный фронт устремился вперед. Пятнадцатая армия за несколько дней преодолела оставленное ранее пространство. Кавалеристы конного корпуса Гая захватили с налета форты Гродненской крепости. Белополяки зацепились за полосу обороны, возведенную здесь немцами в годы мировой войны.
«В самый разгар боев, в конце июля, – пишет А.М. Василевский, – я неожиданно получил приказ: мне предлагалось немедленно отправиться на должность командира 427 стрелкового полка в свою прежнюю 48 дивизию. С большим, признаться, сожалением прощался я с дружным и опытным коллективом 96 полка, в котором принял военно-политическое крещение как красный командир в борьбе уже не с бандитами, а с регулярными войсками противника»[63].
В это время на запад совершила свой знаменитый марш Первая конная армия. Иван Владимирович Тюленев, который полтора года воевал в составе конной армии Буденного, сначала начальником разведотдела штаба, а затем командиром кавалерийской бригады, описал тысячекилометровый переход буденовцев: «Красная кавалерия своевременно достигла пункта сосредоточения, намеченного высшим командованием, и этим самым резко изменила соотношение в силах сторон».
К этому времени Третья польская армия, овладев Киевом, форсировала Днепр и захватила плацдарм на левом берегу в районе Дарницы. Но попытки расширить плацдарм встретили упорное сопротивление Двенадцатой армии.
Командующий Западным фронтом А.И. Егоров вместо лобовых атак, которые приносили успех в схватках с деникинской кавалерией и пехотой на равнинах юга России, применил искусное маневрирование.
Полковник Клеберг писал потом: «6-я дивизия Конной армии выказала в этот день не только храбрость, которая делает ей честь, но и совершенно исключительное искусство маневрирования. Все движения выполнялись с превосходным применением к местности, в блестящем порядке, и атаки на польские батареи и пулеметы велись с решимостью и хладнокровием, заслуживающими особого внимания»[64].
В свою очередь, отдавая должное неприятелю, Буденный писал о тех боях: «Его войска были великолепно обучены, отлично вооружены и дрались с отчаянным упорством. Причем стойкость их во многом объяснялась шовинистическим угаром, навеянным лживой буржуазной пропагандой.
