— То есть эти люди проходят психологическое тестирование?

— Да.

— Как часто.

— Предполагаем из худшего — раз в несколько дней. Возможно даже, этот человек будет вынужден пройти тестирование после нашего вмешательства. Если следы вмешательства заметят — план будет сорван.

— Как интересно… Вы даете мне задачу, которую я не могу отказаться решать, хотя бы из чувства профессиональной гордости.

Сэр Джеффри улыбнулся.

— На это и рассчитано, сэр. Я тоже кое-что понимаю в психотехнике.

— Да, да… Хорошо. Тогда я, прежде всего, попробую поставить себя на место психотестера с противоположной стороны. У него есть ограничения?

— Какого рода?

— Например — на количество исходного материала.

— Нет. Выбор предельно широк.

— Интересно… на схему тестирования?

— Любые законные методы, включая полиграф, тест Роршаха и все остальное.

— Интересно, интересно… Тогда бы я прежде всего обратил внимание на людей с сангвиническим типом характера. В них присутствуют эмоции, но их в меру, не чересчур много. Они деятельны в отличие от меланхоликов и сначала думают и только потом делают — в отличие от холериков. Это охрана?

— Простите?

— Люди, которых тестируем — это охрана?

— Да. Плюс кое-какие категории обслуги — например, экипаж личного самолета.

— Пилоты… Это еще интереснее, они проходят предполетный контроль. Значит, проблема, которую мы создадим, должна нарастать лавинообразно. Очень интересно. Ищите сангвиников, сэр Джеффри, других не будет. Идеально — сангвиников с холерическими чертами. Мой человек просмотрит их — а потом мы сделаем окончательный выбор и начнем работать уже целенаправленно.

* * *

Когда это все началось? В Крыму? В Сочи? В Константинополе? Или в Гельсингфорсе, куда он, дурак отправил ее на отдых.

— К лучшему другу, бля!

Он даже сам не заметил, как сказал это вслух. Понял — только тогда, когда увидел, что на него смотрят. Опустил голову — забудут.

Черт… как хочется выпить… Но нельзя.

Интересно, этот ублюдок кому-то разболтал. Может, кто-то из тех, кто сейчас смотрел на него — смотрел со скрытым злорадством: что, мол, получил — модный мужской аксессуар наступающего осеннего сезона?

Ветвистые рога!

Правду говорят, что поздняя любовь — самая крепкая. Не говорят только — насколько крепкая.

Они познакомились в Крыму, и произошло это совершенно случайно. Потом, он долго вспоминал тот день. По условиям трудового контракта с авиакомпанией — он был тогда главным летчиком-инструктором в одной из авиакомпаний страны, его еще не пригласили в ОАЧ — ему полагался двадцатиоднодневный оплачиваемый тур за счет авиакомпании в любой дом отдыха в пределах Российской Империи. На сей раз, он выбрал Крым — в Гельсингфорсе, в шхерах отдыхать и ловить рыбу надоело, в Одессе был слишком много отдыхающих, а в Константинополь с наступлением лета перебирался весь двор, и об отдыхе в этом городе можно было забыть. А Крым — с одной стороны Черное море, недалеко Одесса, куда можно скататься на прогулочном теплоходике, с другой стороны — несмотря на обилие вилл и имений на берегу есть еще места, где не ступала нога человека, есть…

Перейти на страницу:

Все книги серии Бремя империи — 3. Сожженные мосты

Похожие книги