Р.: Звучит наивно. Ты сам сказал про две разновидности прогресса. Понятно, что сторонники прогресса-для-избранных будут вставлять палки в колеса сторонникам прогресса-для-всех. Последние должны будут действовать максимально решительно. Взять какое‑то большое количество детей и отселить их от остального человечества, чтобы начать воспитывать по-новому. И снабдить их всеми необходимыми ресурсами, чтобы, повзрослев, они смогли построить новое полноценное государство. Это государство должно будет доминировать над всеми остальными. Чтобы потом все остальные переняли у него подходы, включая способы воспитания. Тогда новые люди, воспитанные по новым методикам, будут пользоваться почтением в своих социумах. Про них будут говорить: их растили так же, как в той стране, где жизнь замечательнее, чем сказка. Для любого движения нужен авангард. Но найдется ли достаточно решительных людей среди сторонников прогресса-для-всех, чтобы реализовать такую схему? Вспомни, я говорил, что общество, где реально, пусть и наказуемо, преступное поведение – общество, чувствующее себя более свободным. Сторонники прогресса-для-избранных всегда будут идентифицировать себя в качестве членов такого общества и идти на любые шаги, лишь бы продолжать обеспечивать прогресс устраивающей их формации. Сторонники прогресса-для-всех всегда будут идентифицировать себя в качестве членов более совершенного общества, чем среднее человеческое общество, и поэтому станут гнушаться идти на слишком резкие шаги. А если кто‑то все‑таки решится на резкие шаги, это, скорее всего, будет значить, что сторонник прогресса-для-избранных возобладал в нем над сторонником прогресса-для-всех, и его усилия все равно приведут к торжеству прогресса-для-избранных. Что тут можно поделать? Сторонники прогресса-для-всех должны попросить сторонников прогресса-для-избранных придумать им план, а потом просто реализовать его, закрыв глаза на моральные устои. Ради достижения результата можно временно поступиться принципами. Я уже предложил свой рецепт. Свое небольшое государство, где будут только молодые жители, которое быстро станет эффективным. Люди же восхищаются современниками, которым удается быстро сколотить капитал – с таких, конечно, будут брать пример. Новое государство должно будет и жить по новым стандартам. Никакой этой символики, никакого гимна. Никакого культа роскоши. Люди не отвлекаются на создание развлекательного контента, это делает только искусственный интеллект. Никакой зависти, потому что каждый будет оценивать себя по успеху общего дела, а не по личному успеху. И дружба, которая будет основана на жажде совместного развития, а не просто на стремлении прожечь вместе время. И точное понимание, к чему твои действия здесь и сейчас приведут в будущем. Основательное планирование жизни своих детей, исходя из врожденных особенностей их психики – пока воспитатели лепят из них достойных граждан. Никаких вероломных новостей – только такие, которые отражают развитие страны по одному или другому направлению. И никакого транжирства усилий ни одного человека, никакого транжирства и малейшей доли денег – все в дело. Будет интересно смотреть на это… в своих тюремных грезах… только я выберу что‑то другое.
А.: Действительно грезы. Будет ли такое государство успешным, большой вопрос. Зато сколько людей, и ни в чем не повинных людей, могут стать просто жертвами эксперимента. Но ты интересную задачу мне подбросил. Наконец достойный предмет для размышления, а то в последнее время нет ничего интересного, над чем стоило бы задуматься. Попробую мысленно помоделировать твое воображаемое государство.
Р.: У тебя не всегда есть достойные темы для размышлений? Еще могу подбросить. Вот мы упоминали с тобой убийства и кражи, эти действия очевидно являются преступлениями. А есть действия, которые находятся на грани, и в зависимости от обстоятельств могут быть расценены и как преступные, и как вполне допустимые. Более того, со временем взгляды на эти действия могут измениться. Актуален ли будет для них психологический тормоз? Например, несогласованное с властями предоставление просветительских услуг. В одном случае это может оказаться пропагандой пустых идей с целью личной наживы, в другом – действительно полезным для широкого круга людей. Как надо будет относиться к таким многовариантным ситуациям?
А.: Тут не может быть иного критерия, кроме оценки вреда, который можно потенциально нанести другим людям и системе. Но сможет ли человек сам осознать заранее такой вред? Может, идеи, которые мы с тобой обсуждаем, будучи воплощенными, станут настоящей казнью человечества, и человек будущих стандартов должен будет иметь психологический тормоз против того, чтобы вести такие разговоры? На мой взгляд, задача настолько преобразить человеческую психику окажется посильна лишь с накоплением людьми опыта жизни в таком прогрессивном обществе, которое мы с тобой представляли. Для начала нужно хотя бы достичь состояния такого общества.
