Созвездие для Шелл полностью

– Фланаган, – прищуривается он и усмехается. – Неудивительно, что ты здесь.

– Мистер Брукс, – безмятежно отзывается Айден и с той же долей ложного уважения добавляет: – Удивительно, что вас тут не было.

Я едва сдерживаю смех. Клиффорд сжимает губы в тонкую линию. Он поворачивает ко мне голову и вкрадчиво спрашивает:

– Мисс Мэйджерсон, могу я узнать, почему вы снова нарушили правила и сбежали?

– Нет. – Я подбираю шланги и всем видом показываю, что прибытие начальника охраны мои планы нисколько не меняет.

Клянусь, мне даже чуточку жаль этого Клиффорда. Я проявляю к нему слишком много незаслуженного неуважения. Однако мне и правда нечего ответить, ведь объяснять и доказывать ему, насколько мне важны ребята и это место, так же глупо, как пытаться уговорить горы сдвинуться с места.

– Мисс Мэйджерсон, – выпаливает Клиффорд мне вслед. – При всем уважении, почему вы постоянно заставляете меня выглядеть полным дураком перед вашим отцом?

Чувство вины тяжестью ложится мне на плечи.

– Мне жаль, – вздыхаю я, погружая свою ношу в открытый багажник внедорожника. – Правда. Но так получается.

– Я вынужден потребовать, чтобы вы прямо сейчас сели в машину и позволили мне отвезти вас…

– Я сам довезу ее до дома, – перебивает его Айден.

Догадываюсь, насколько усталым и гневным взглядом награждает его Клиффорд.

– Нет необходимости. Меня направили сюда…

– Это не вопрос, мистер Брукс. Можете ехать обратно.

Похоже, терпение Клиффорда стремительно подходит к концу.

– Ты ничего не перепутал, Фланаган? – сдерживая рычание, произносит он. – Кого ты из себя возомнил? Мне напомнить, что тебя официально уволили и ты не имеешь никакого права находиться рядом с объектом?

Еще немного, и между ними начнут сверкать молнии. Я со вздохом разворачиваюсь, подхожу к Айдену и останавливаю его прикосновением к предплечью.

– Я поеду домой с Клиффордом, – тихо произношу я.

Айден смотрит на меня так, словно вокруг нет никого и ничего – настолько внимательно и сосредоточенно. Отпустив его руку, я добавляю:

– Останься здесь, пожалуйста. Ребятам может понадобиться помощь, если сюда нагрянут новые владельцы или полиция.

Несмотря на мои опасения, Айден легко кивает. Только сейчас, на этом маленьком примере, я осознаю, что мое слово – все еще закон для него. Мне вдруг хочется крепко обнять его и сказать, что…

Что? Какие слова, собранные в комочек, так рвутся из моей груди, что даже я не понимаю, как они звучат?

Похоже, я просто слишком сильно устала. Покачав головой, прислоняюсь щекой к груди Айдена, а бывший телохранитель приобнимает меня одной рукой – осторожно и ненавязчиво. Знал бы он, как сильно мне хочется просто укутаться в эти объятия целиком.

– Увидимся, – улыбаюсь я устало, отстранившись от груди Айдена.

Его губы трогает улыбка, которую различить могу, наверное, только я. И видят звезды, почти готова их коснуться.

Но Клиффорд ждет. Я чувствую его презрительный взгляд, прикованный к нам, и поворачиваюсь к нему с вызывающей улыбкой.

– Погнали, что ли, – усмехаюсь тихо и невесело.

Огромный паркетник кажется мне столь же непривычным, сколь и неудобным. От накопившейся усталости я даже не замечаю, как проваливаюсь в сон. Мистер Брукс не мешает мне ненужными разговорами или попытками отчитать за побег, и в целом, в те моменты, когда я открываю глаза и поглядываю на начальника охраны, он выглядит скорее уставшим, нежели возмущенным. Сварливый шепоток совести скользит по моей голове, и обещаю себе извиниться перед работником отца, когда мы приедем. Возможно, стоит сделать это прямо перед папой.

Я лениво подмечаю знакомые объекты по обеим сторонам дороги, как некие контрольные точки: вот старенькая заправка, подсвеченная среди пустыря, вот чья-то семейная крохотная ферма с покосившимся амбаром, вот магазинчик продуктов, работающий круглосуточно…

Когда это происходит, я пребываю в дреме.

Из сонливой темноты меня вырывает ощущение резкого торможения и визг шин. Я резко открываю глаза, но жуткий грохот заставляет меня почти сразу же снова их зажмурить. Удар руками о переднее сиденье оглушает меня – инерцией отдается в плечи и грудную клетку. Все вокруг крутится в адском калейдоскопе, и я не понимаю пространство, в котором нахожусь, меня бросает из стороны в сторону. Сразу в нескольких точках тела вспыхивает боль, в которой я тону и не слышу даже грохота и скрежета металла.

Меня спасает только крепкий ремень безопасности. Именно он, впиваясь в тело, удерживает меня в перевернутом салоне машины.

Я тихо скулю и пытаюсь преобразовать жалкий звук в крик, чтобы позвать помощь, но мне не хватает сил. В голове набатом стучит одна-единственная мысль: телефон. Мне нужно добраться до него.

Тело отказывается меня слушаться. Трясущимися руками я касаюсь карманов джинсов, но там пусто. Дыхание спазмами давит грудь, мысли путаются. Цепляюсь пальцами за замок ремня безопасности, отстегиваю его и сваливаюсь на крышу машины. Глухая боль отдается во всем теле, моему зрению мешает что-то липкое и горячее, чем покрыт лоб и частично брови.