– Конечно, не мог. Как ты мог справиться с ними один? Однако ты правильно поступил, что пришел и рассказал об этом мне. Мы должны молиться о курате Бауэре. Ты прав: он добрый, очень добрый человек. Он многим помогает…
Но Генрих уже не слушал ее. Он застыл, как статуя, не сводя глаз с кого-то за спиной Лии.
– Кто это?
Лия и бабушка одновременно обернулись.
Там стояла Амели, одной рукой обнимая свою тряпичную куклу, а большой палец другой засунув в рот.
Бабушка потеряла дар речи.
– Это ваша дочка? – У Генриха от восторга засияли глаза. – Такая красивая!
– Нет-нет, – забормотала Лия. – Это мальчик… он пришел в гости… это сынишка моей подруги. – Она повернула Генриха лицом к двери. – Тебе пора идти домой. Уже поздно.
– Но это же не мальчик, фрау Гартман. – Генрих так посмотрел на Лию, как будто считал, что она не в себе, потом перевел взгляд на Амели. – Я тебя никогда раньше не видел, зато видел твою куклу. Как тебя зовут?
Он помахал Амели рукой. Девочка ничего не сказала, но засмеялась своим резковатым смехом и помахала ему в ответ.
Бабушка бросилась к Амели, вытолкала малышку с кухни и закрыла за ней дверь.
– Вы ее прячете? – У Генриха округлились глаза. – От гестаповцев?
– Нет-нет, ничего подобного. – Говоря это, Лия ясно видела, что он ей не верит. – Просто… у ребенка высокая температура, ему надо лежать в постели. Он пришел к нам в гости. А я не хочу, чтобы ты заразился. Ну, тебе действительно пора идти. – Она мягко, но решительно подтолкнула мальчика к двери. – Наверное, будет лучше, если ты никому не станешь рассказывать о том, что… приходил к нам.
Генрих остановился и посмотрел Лии в глаза.
– Я ничего никому не скажу – ни о том, что приходил к вам, ни о том, что видел девочку. Я же знаю, что тайны нельзя выдавать. Можете на меня положиться, фрау Гартман.
Лия с удивлением смотрела на мальчишку, главного хулигана в ее классе. У него вдруг оказались такие взрослые глаза. Он был умницей, он предлагал ей… Что именно? Что он ей предлагал? Можно ли доверить ему тайну Амели? Лия не была в этом уверена и не могла действовать наугад, а воображение уже рисовало ей всякие ужасы. Она крепко обняла Генриха за плечи. Это был знак доверия. Он ответил ей тем же, погладил ее по щеке, а потом выбежал из дома и пустился прочь по дорожке.
Лия заперла дверь и заплакала.
Рейчел и Ривка выбрались из своего укрытия и пришли на кухню к бабушке и Лии.
– Простите меня, пожалуйста! – Ривка вся дрожала. – Я думала, что Амели на чердаке, иначе не пошла бы без нее. Я…
– Понимаю, милая, понимаю, – успокоила ее бабушка. – Что случилось, того уж не вернешь. Ничего не поделаешь.
– Мне думается, Генриху можно доверять, – сказала Рейчел. Она вывела из коридорчика встревоженную Амели, посадила ее к себе на колени и обняла. – Я ему верю.
– Но он ведь еще ребенок! – воскликнула бабушка. – Он всем расскажет об этом, лишь бы поделиться секретом с друзьями.
– Нет, – возразила Лия. – Мы идем на большой риск, но я думаю, Рейчел права. Генрих что-то от всех скрывает, и уже давно. Это как-то связано с тем, что он украл деревянную скульптуру младенца Иисуса. Значит, секреты он хранить умеет.
– Сейчас важнее другое – как помочь курату Бауэру, – проговорила Рейчел, кусая губы.
– А что мы можем для него сделать? – бессильно развела руками бабушка.
– Он предвидел, что это может случиться, – упрямо покачала головой Рейчел. – Курат Бауэр мне сказал: если его заберут, нужно передать Джейсону, чтобы он не привозил больше газет. Объяснил, что в противном случае Джейсону грозит верная смерть, а всей подпольной сети – неминуемый провал.
– И как мы ему это передадим? Нельзя же просто снять трубку и позвонить! – не сдавалась бабушка, волнуясь все сильнее. – Все это очень опасно.
– Через Дитриха. Его друг Дитрих сейчас в Эттале. Я могу найти его, поговорить. А уже он свяжется с Джейсоном.
– Ой, нет! – испуганно воскликнула бабушка.
– А что будет с людьми, которые прячутся у тебя в подвале? – спросила Ривка у Лии. – Курат ведь приносил им еду.
– Сам? Или это делал кто-то другой по его просьбе? А что, если попробовать через лесничего Шраде? Он что-то знает. Он и нам помогал. – Лия откинула волосы со лба. – Надо сказать Фридриху. Нам нужно будет походить возле дома, посмотреть, что можно сделать.
– Ну да! По улицам шастают гестаповцы! – Голос бабушки едва не сорвался на крик.
– Ну, конечно, не прямо сейчас. Мы это сделаем, когда Фридрих будет возвращаться домой с работы. Я пойду вместе с ним. Никто не удивится, что мы остановились у своего дома. Мало ли зачем? Быть может, нам придется даже переночевать там. – Лия усадила расстроенную Хильду в кресло-качалку. – Не нужно тревожиться, бабушка. Мы легко это сделаем. – Из-за бабушкиной спины она подала Рейчел знак. – Ну, пора выпить по чашечке чаю. Ривка, подай, пожалуйста, чайник.
