Они закружились жарко, страстно, всё ещё не отрывая глаз. Мир вокруг перестал существовать. Запахи смешивались. Верховная и Антихрист, то резко приближались друг к другу, то также нарочито резко отдалялись. Каждый боролся за главенствующую роль, желая лишь одного. Сдаться. И на последнем развороте Корделия сдалась. Она позволила Майклу вести, но весь её вид говорил о том, что направляет именно она. Показывала, что один лишь её взгляд, слишком открытый, томный, с весёлой провокацией и безумным желанием, мог заставить его поменять направление. И Лэнгдона вело страшно от их движений. Бог знает, чем это обернулось бы, не будь вокруг несколько пар лишних глаз. Ведьма была бы прижата к первой попавшейся поверхности, совершенно голая и явно стонала бы. Громко и умоляюще. Определённо. Майкл быстро, едва заметно прижал её чуть сильнее, чем нужно, провёл пальцами по рёбрам, едва-едва задевая грудь, заставив ведьму совершенно неосознанно закусить губу, а потом отпустил, но лишь для того, чтобы вновь потянуть на себя и уронить к полу в своих руках, пряча от прочих взглядов. Чтобы можно было прижаться к ней на мгновение крепким стояком и прошептать на ушко: «С удовольствием посмотрел бы, как ты кончаешь, милая».
И чёрт, кровь в теле Корделии сейчас приливала вовсе не к голове. Эта наглость, грубость, но осторожность и нежность в каждом его движении злили, подстёгивали и чертовски возбуждали. Она чувствовала себя ведомой, слабой, лишь его частичкой, и она соврёт, если скажет, что ей это не нравилось. Но ведьма черта с два покажет ему это. Девушка неожиданно вновь взяла на себя ведущую партию, прошептав: «Малыш, я бы поспорила с тобой на эту тему, но судя потому, как сильно ты меня хочешь, не думаю, что ты продержался бы и минуты», — она сексуально облизнулась, и как же хорошо, что танец закончился.
Ладони покоились на осиной талии, а её ладошки упирались ему грудь. Красные и заведённые до предела, они судорожно глотали воздух под бурные аплодисменты даже тех, кто собирался победить. Разумеется, показав такое, Корделия и Майкл за пояс заткнули всех и поставили точку в своих метаниях. Перед самым окончанием танца он закружил её, поднимая на руки, показывая, насколько ему легко с ней.
Они смотреть друг на друга не могли. Все чувства были оголены и вложены в танец, поэтому сейчас делать вид, что они не провоцировали друг друга, было невозможно. Майкл, в отличии от ведьмы, остался в зале, но лишь для того, чтобы не дать себе волю на тело Корделии. Но выдержать такое напряжение было не под силу. Надоело.
— Делия, — он крикнул ей вслед, застав в пустом коридоре. Девушка остановилась и развернулась. Мужчина посредством трансмутации мгновенно оказался слишком близко к ней, загоняя в тупик, когда упёрся руками в стену по обе стороны от её головы.
— Майкл? — бархатистый голосок стирал все грани в его голове. Он долго, тяжело дыша всматривался в её шоколадные, потемневшие от чего-то глаза, решаясь на что-то. Плевать.
Антихрист впился в её губы раскалённым тягучим поцелуем.
Комментарий к Штиль
Слишком мило и безветренно. Не кажется ли вам, что пора поесть стекла?)
Я готова сдаться тебе. Ты холодный, горячий, больной. Ненавижу то же в себе. Не оставляй меня, милый, родной.
