Выйдя в город, я с голодным нетерпением глубоко вдохнул свежий воздух, закрыл глаза и позволил лучам солнца пощекотать моё лицо, а тихому дуновению ветра пройтись по моим волосам. Жара к этому времени уже стихла и в городе воцарилось сравнительное спокойствие.
Я начал оглядываться, пытаясь оценить урон от землетрясения. Везде были машины пожарных, полиции и «скорой помощи». Огня и пожаров больше нигде не было, но штаб-квартира Легиона всё еще была окутана дымом. Несколько отрядов пожарных умело делали вид, что очищали небоскрёб от обломков. На самом же деле большинство присутствующих здесь были подпольными агентами Легиона, при этом многие из них были совершенно простыми людьми, а не Связующими. Они просто думали, что работают на правительство, на какую-нибудь тайную правительственную организацию. Обычно в каждом департаменте или округе по дюжине таких «контрактников». Они всеми доступными им средствами, легальными и не очень, уничтожают то, что им сказано, без каких-либо вопросов. Каждого из них тщательно выбирали, а затем вербовали. Отличный способ замести следы, не привлекая лишнего внимания. К тому же у них наверняка было огромное жалованье.
Я шёл позади всех. Около одного из разрушенных жилых домов стояли пожарные, а недалеко от него в «скорой» сидели женщина, мужчина, маленький мальчик и пёс. Я всего несколько раз в своей жизни видел такое искреннее проявление радости и счастья. Даже несмотря на то, что у мужчины не было обручального кольца, по белому следу на пальце я понял, что оно очень долго находилось там. Муж крепко обнимал свою супругу, которая плакала ему прямо в грудь. Мужчина пытался сдержаться всеми силами, но слёзы счастья лились и по его лицу. Он целовал ей лоб, щёки… он снова обрёл свою жену. Чувство, которое заставило его некогда снять кольцо, исчезло. Он снова обрёл свою семью. То, что он считал потерянным навсегда, оказалось ближе, чем он мог даже подумать. Маленький мальчик обнимал своего пса, сжимая его так, что тот уже начинал пытаться вырваться. Семья, которая потеряла всё, была счастливее всех вокруг. Это было красиво. Эта было гипнотизирующе.
«Мы пришли», – прервал мои мысли Мэт. Два припаркованных микроавтобуса, замаскированные под почтовые, стояли на парковке. Один из них был напичкан всякой электроникой и следящими устройствами, а во втором была экипировка и обмундирование. Мы с Мэтом и двумя его Видящими сели в первый, а инквизиторы во главе с Джексом во второй. Мы выехали.
Мы провели в дороге где-то полтора часа, отъехав от центра города на солидное расстояние. Скотт остановил машину и обратился к Мэту, который сидел рядом со мной и что-то читал на экране: «Сэр, мы в двух кварталах от отеля, как вы и просили». Мэт включил свой приёмник и обратился к Джексону: «Джекс, выставь своего лучшего стрелка на крыше одного из этих зданий. Наша цель – комната на двадцать пятом этаже. Пересылаю тебе данные».
Передвижения Фредерика де Круза, которого Легион подозревал в одержимости, отследили до этого отеля. Мы не знали, здесь ли он или когда появится. Мы также не знали, один ли он. Мы лишь знали комнату и этаж.
Джин, быстро переодевшись в форму уборщицы, поднялась на нужный нам этаж. Скотт расположился в вестибюле с газетой, а я и Мэт сняли комнату рядом с нашей целью. Администратор косо посмотрел на Мэта, но не стал задавать лишних вопросов сурово выглядящему мужчине. Переодетые же в штатское инквизиторы, выждав полчаса, сняли себе комнаты этажом выше и приготовились к штурму через окна. Теперь оставалось лишь ждать.
Часы шли и шли. Вид из нашего окна был прекрасным: весь город был как на ладони. Солнечный день плавно сменился вечером. Солнце скрылось за небоскрёбами и ночные огни затеяли свой непрекращающийся танец. Дороги заполнились автомобилями. Был час пик, и все возвращались с работы домой. Как муравьи, он занимались повседневной рутиной и их это вполне устраивало. У каждого из них была своя «королева». Для кого-то это был Создатель; для кого-то деньги; для кого-то семья; для кого-то любовь, а для кото-то даже месть. Но все они были рабами своих господ, и это их вполне устраивало.
– Гусеница на дереве. Повторяю, гусеница на дереве, – передал снизу Скотт.
– Итак, джентльмены, приготовились. Как только Фредерик зайдёт в комнату – штурмуем, – отдал приказ Мэт.
– Внимание. Объект не один. С ним его секретарша, – поспешно добавил Скотт по рации.
– Скотт, чувствуешь что-нибудь необычное в нём? Не хотелось бы поднимать международный скандал, – напряжённо спросил Мэт.
– Что-то не так с его аурой, но… – Скотт замялся, – Не могу разобрать, что.
Я спросил Мэта, чувствует ли он что-нибудь необычное, но он лишь что-то невнятно пробурчал в ответ. Он был слишком гордым, чтобы просто сказать «нет». Отвернувшись, он снова засел за мониторы, передававшие изображения с установленных на этаже камер.
