Спасение мстителя полностью

Винсент едва разобрал ее бормотание и успел сделать два глубоких вдоха до того, как Ника вернулась из коридора с док-станцией для айпада.

— Есть предпочтения? — бросила она через плечо, повозившись и включив устройство.

Ничего из того, под что мне бы захотелось тебя трахнуть.

— Не слишком тяжелое.

Заиграл Jamming Боба Марли, и Винсенту понадобилось все самообладание не заорать, чтобы Ника выключила нахрен эту песню. Разве под нее люди занимаются хоть чем-то, помимо секса?

Но он как хороший мальчик остался сидеть на месте. Ника подошла, молчаливая и натянутая как струна, и села на стул. Винсенту показалось, что его сейчас разорвет на части от того, как она развела ноги в стороны, чтобы сесть поближе к раненому плечу. Черт подери, он не собирался терять контроль.

— Ты говорила, что тебе приходилось проделывать такое с Калебом? — Любая тема, лишь бы отвлечься от девушки перед ним.

— М-м-м. — Она вытерла кровь и взялась за иглу.

Первые несколько обжигающих уколов по ощущениям походили на чувство, словно по руке прошлись пилой. Винсент стиснул зубы и выдавил:

— Поговори со мной, пока работаешь, Рыжая.

Он посмотрел вниз и увидел, как Ника прикусила внутреннюю сторону щеки, сдерживая улыбку от его просьбы отвлечься. Но все же начала болтать.

— Если посреди ночи я слышала стук в окно своей спальни, то знала, что Калеб ранен. Помню такое облегчение от того, что он возвращался домой, что даже не возмущалась из-за бессонной ночи. Самое меньшее, что я могла сделать, это позаботиться о нем, верно? Поэтому тихонько поднимала стекло, Калеб хорошо смазывал его для таких случаев, и впускала брата в дом. Несколько раз он даже приводил с собой парочку своих ребят, чтобы им не пришлось отвечать на вопросы в больнице.

Мышцы Винсента, постепенно расслаблявшиеся от голоса Ники, вновь напряглись. То, что нужно, — знать, что ее чертов братец посреди ночи притаскивал своих приятелей к ней в спальню. Неужели ее теплые бедра с кожей кремового цвета так же прижимались к бедру какого-то ублюдка? Касались ли эти длинные изящные пальцы тел других парней, пока она точно так же зашивала их раны?

Калеб гребаный идиот. Нужно было позволить пристрелить его сегодня. Ника заслуживает лучшего.

— Сколько тебе было лет? — выдавил он.

— Когда я впервые увидела его собственную работу, то чуть не умерла от смеха, — усмехнулась она, и Винсент надеялся, что парни не умрут от смеха завтра, когда увидят его руку. — Поэтому залезла в интернет и изучила технику наложения швов. Там предлагали тренироваться на апельсинах. Я так и делала. Мне было четырнадцать. Я часто гадала, в курсе ли отец того, что происходит. Он никогда ничего не говорил, так что, может, и нет. Но они были так близки с Калебом, у них были такие прекрасные отношения. Сомневаюсь, что он устроил бы ему настоящий ад, если бы узнал.

Калеб счастливчик.

— Твой брат придурок, раз втянул тебя в это дерьмо, когда ты была совсем ребенком.

Она дошла до края разреза.

— Наверное. Однако это избавило меня от необходимости оплачивать странные медицинские счета за последний год.

Ее пальцы замерли, как будто она ждала от него реакции. Винсент едва дышал, но после нескольких напряженных ударов сердца мысленно послал все к черту. Он повернул голову, чтобы посмотреть на Нику. Она уставилась на его руку.

— Рыжая?

Она подняла потрясающие изумрудные глаза, смотря ему прямо в душу. Винсент практически истек слюной, когда увидел улыбку, сделавшую черты Ники не просто красивыми, а восхитительными.

— Я думала, ты сейчас взорвешься. Сила воли впечатляет, — похвалила она его, похлопав по боку. И... она только что ласкала его? Ника посмотрела на его руку, и улыбка стала интимной, но Винсент не мог отвести от нее глаз. Телячьи нежности.

— Ты, наверное, удивляешься, как я могу так спокойно об этом говорить, да? — произнесла она.

— Я готов разнести целый город, когда думаю о том, что он с тобой сделал.

Винсент стиснул зубы. Фанат Ники восторженно захлопал в ладоши. Остатки морали же рявкнули: «Так держать, мудак». Серьезно, так ты держишь дистанцию, говоря ей, что уничтожишь миллионы невинных жизней в попытках найти ублюдка и отомстить за нее?

А проблема в том, что именно это Винсент и собирался сделать.

***

Он бы сказал это любой женщине в твоей ситуации, убеждала себя Ника, поднимаясь и направляясь к раковине намочить сухое полотенце. Хотя рядом с Винсентом стояла миска, полная теплой и чистой воды.

Все равно.

Глубоко втянув носом воздух, который к счастью не пах кожей и сандалом, Ника выпрямила спину и вернулась на место. Плюхнувшись на стул, она аккуратно промокнула шов и заговорила,

— Если ты разнесешь весь город, то мы лишимся удовольствия наблюдать, как Кевин испустит последний вздох. Так что не надо нам второй Хиросимы, ладно?