Небо, словно затаив на нас злобу, было беспросветным. Ветер колыхал нити ограждения, на которых словно роса застыли капли серебра. Пока Лика упражнялась с водяными пульсарами, мы с девчонками наслаждались горячим чаем и приятной беседой, расположившись под магическим куполом, ограждающим от непогоды. Вернее сказать, беседовали наши помощницы, мое же внимание привлек «черный клещ» вплетенный в ауру Ликерии. И чем больше я всматривалась, тем отчетливее понимала, что потребуется не один день практики, чтобы повторить такое мерцающее кристальным блеском изящное плетение.
Поежившись от неприятного ощущения чужого взгляда, я обернулась. Взгляд словно магнитом притянула одна из двух башен. На невероятной высоте, без каких-либо ограждений, на самом краю балкона, стояли двое мужчин. И если в первом я признала короля, то незнакомец, стоящий в тени монарха, пугал одним своим нечеловеческим видом. Ко всему прочему одет он был в выбеленную тогу, которую носили лишь посвященные Совета.
— Слева от короля, кто это? — чуть склонившись к Мелитине, тихо спросила я.
— Валтор дэ Глии, доверенное лицо короля, — так же тихо ответила она.
— Самое доверенное — личный секретарь его темнейшества, — уточнила Мели.
— Я не вижу его ауры.
— Так он же лазар! — добила окончательно Мели. Посчитав, что я ничего о них не знаю, она принялась рассказывать мне про умерших, которых возвращают к жизни, пока душа не покинула их тело, но я ее уже не слышала.
Личный секретарь короля не кто иной как посвященный совета! Посвященный совета — лазар, о возможностях которого мне ничего не известно! Я запрокинула голову и, глядя в чернеющее небо, мысленно прокляла всевидящих. «Вы что там, все сговорились?! Решили меня со свету сжить, ублюдки старые?!»
Словно в ответ послышались грозовые раскаты. Крупные капли ударились о воздушный купол, и будучи не в силах дотянуться до меня, словно горох, стали отскакивать вверх и в стороны.
«Это вы сейчас в меня плюнули? Хотите сказать, что ненавидите меня. Валяйте! Вы еще скажите, что я угроза вашему миру!?» — мысленно заорала я, до боли сжимая пальцами ни в чем не повинный молитвенник.
Вдруг шарахнуло так, что я вскочила со стула, и ливануло с такой силой, что силуэты бегущих к нам Ликерии и Олим стали едва различимы. Лика буквально влетела под купол. Мокрая и счастливая, она тряхнула головой, и окропив нас водой, вызвала взрыв смеха. Я же пребывала в такой прострации, что даже не сразу почувствовала, как стал подергиваться мой левый глаз.
И угораздило же меня родиться «иной», а не червячком в спелом яблоке. Поедала бы свою маленькую вселенную, не зная горя и бед…
Вернувшись во дворец, я придала себе усталый вид и, ссылаясь на плохое самочувствие, выпросила у добродушной Лики время на отдых. Этой ночью я решила все-таки отыскать королеву. Мне надоело мое бездействие. Надоели гнетущие мысли, роящиеся у меня в голове. Надоело чувствовать себя слабой и беспомощной. Будь я действительно такой, испустила бы дух еще на площади Угольного клейма в жарких объятиях пламени! Я решила, что пора уже искать выход из безвыходного положения, в котором я оказалась. Но для начала — спать. Мое тело должно быть бодрым, а голова — ясной…
— Самое время рассказать, что ты задумала? — насмешливый голос вывел меня из страны Морфея. Не открывая глаз, я представила себе колючую улыбку Ориана, а разомкнув ресницы, увидела ее воочию.
Словно выдавая нетерпение своего хозяина, под потолком парили созданные Орианом маленькие светлячки, оставляя за собой угасающие шлейфы света. Один из них уселся на подушку возле моего носа и сердечком сомкнул свои крылышки. Я улыбнулась и накрыла его ладонью. Тут же взвизгнув от боли, молниеносно одернула руку.
— Не понимаю о чем ты? — потирая обожженную ладонь, я с недоумением взглянула на воина.
— Ты проспала весь день.
— У меня здоровье слабое. А трава, которой я вынуждена питаться, не несет моему организму ни капли энергии. Вот мне и приходиться много отдыхать, иначе я рискую напугать всех своей могильной бледностью, — нашлась я с ответом.
— Я жду правду.
— Состаришься, пока дождешься, — съязвила я и не заметила, как была выдернута из теплой кровати и прижата к стене горячим телом. При этом его колено оказалось между моих обнаженных ног — стоит заметить, весьма неудобная поза для выяснения отношений. С равнодушным спокойствием встретив взгляд Орина, я разомкнула губы, желая указать наглецу его место. Неожиданно в мое сознание просочилась странная мысль, и я почувствовала успокоение, словно нарыв, который медленно вызревал внутри меня, полили усмиряющим боль лечебным соком. Я вдруг поняла, что верным решением на пути к моему спасению будет сыграть на его инстинкте защитника. Я медленно обвила его шею рукой и мягко коснулась пальцами густых волос. Сверкнул светлячок, и я поймала отразившиеся в зеркалах наши с Орианом силуэты, которые растаяли в темноте, стоило крохе смущенно погаснуть.
