Роман не стал придираться или подшучивать над Ксенией. Сейчас не время и не место, решил он для себя. Поэтому просто продолжил собирать сливы.
— А, знаете ли, вы, что вкус сливы улучшается, если они полежат немного?
— Вы серьёзно, а я даже не знал, С некоторыми женщинами то же самое, — слетело с языка, Романа хотя он не собирался говорить нечего, что может расстроить Ксению, но и промолчать, Роман тоже не сумел.
— Надо же, какое сравнение, но не думаю, что к месту. Сейчас вам надо работать, а не думать о глупостях, если хотите получить свой ужин, больше я не буду, вас кормить просто так, это непозволительная роскошь. Хотя может, вам надоело, и вы решили оставить нас?
— Боюсь, что я вас разочарую, но я даже не думал о том, чтобы уехать. Наоборот, чем больше я нахожусь в вашем прекрасном обществе, тем больше мне хочется остаться.
— Хотите сказать, что вы здесь остаётесь из-за меня? — Лицо Ксении пошло красными пятнами, неужели она сам виновата в том, что Роман остаётся здесь, неужели она дала повод думать, что она не против, его присутствия здесь или даже, наоборот, желает этого, какой кошмар.
— Я имел в виду, общество вас и вашего отца, но вариант, что только ваше общество меня привлекает, меня тоже устраивает, — со смехом, сказал Роман.
Боже, подумала Ксения, сейчас он решит, что я с ним заигрываю. Но, что он за человек такой, вечно всё переворачивает с ног на голову. Но отвечать Ксения не стала, чтобы опять не ляпнуть какую-нибудь глупость.
Роман понял, что отвечать Ксения не собирается, поэтому он подошёл вплотную к лестнице, на которой стояла Ксения, и сказал, — что ж придётся попотеть, чтобы заработать себе ужин.
И Роман снял, свою шелковую цветную рубашку оставшись в одних тёмно-синих, потёртых джинсах. Роман увидел, как округлились у Ксении глаза, как прерывисто она задышала. От Ксении исходили волны страха и возбуждения всё-таки не такая она чёрствая и бесчувственная, как, на первый взгляд, решил Роман.
— Скажите Роман, а вы всегда работаете без рубашки?
— Нет, но сейчас так жарко и такая приятная компания, почему бы и не раздеться? А вас это смущает?
— Не то, чтобы смущает, мне неприятно смотреть, на ваше полуголое тело, и ещё знаете, что в наших краях водятся слепни, и их укусы очень неприятны, особенно для такого нежного человека, как вы.
— Слепни? Да бросьте, сколько я уже здесь работаю, ещё ни одного не видал. Вы просто пытаетесь меня запугать, скажите прямо, что не можете оставаться равнодушной, глядя на моё шикарное, накаченное тело.
Здесь, Ксения поспорить не могла, у Романа и вправду было тело греческого Бога, спустившегося на землю. Глядя на него, Ксения испытывала давно забытые чувства, словно маленькие электрические разряды пробегали по всему телу и спускались к женскому началу, все нервные окончания оголились, и кожа становилась настолько чувствительной, что даже малейшие дуновения ветерка, казалось прикосновением и ещё больше разжигало пламя желания в крови. Ксения сглотнула и ответила, — мне абсолютно плевать на то, что вы там себе придумали и знаете, я видела тела и получше, — зачем-то соврала Ксения, и тут же осеклась, поняв, что сморозила очередную глупость.
— Мммм, и где это вы видели тела получше, — спросил Роман. А в сердце почувствовал укол ревности, зачем она смотрела на другие тела, других мужчин. Только он, Роман должен привлекать и возбуждать её желание. Стоп, это, что, я ревную, думал про себя Роман, какое я имею право ревновать Ксению. Да что вообще со мной происходит?
— Какая вам разница, что и где я видела. Это моё дело, и вас это не касается, и вообще займитесь работой.
На этот раз Роман промолчал, ему нужно было время, чтобы разобраться в своих чувствах, которые он испытывает к Ксении.
— Я вас оставлю, продолжайте без меня. Мне ещё нужно перестирать всё грязное бельё, — сказав это, Ксения ушла, оставив Романа наедине со своими мыслями и желаниями. А подумать Роману было над чем.
