— Витя, а где ты будешь проводить лето? — «Что же я несу, какое лето, какие поездки, у них же денег нет!»
— Не знаю, — равнодушно пожал плечами Витька. — Может быть, на пару недель съездим к тете Клаве на дачу.
— А тетя Клава — это ваша родственница?
— Не-а, тетя Клава мамина подруга, она недалеко от нас живет, они в церковь вместе ходят.
— Ну хорошо, Витюша, беги, и мы с тобой договорились: на уроках отвлекаться ты больше не будешь, так?
— Ну да-а, — неуверенно протянул Витька.
Через несколько дней, уплетая за ужином аппетитную запеканку, муж Инны Ивановны пожаловался, что никак не может пристроить двух командированных магнитогорцев. Они приехали надолго, гостиничные цены их разорят, уже несколько дней они ищут и никак не могут найти подходящую квартиру, чтобы снять ее примерно на полгода. Инна Ивановна взвизгнула и кинулась целовать мужа, муж от неожиданности поперхнулся и уронил кусок запеканки на джинсы, но совсем не рассердился, он очень любил свою хорошенькую, умную и добрую Инку и гордился ею безмерно.
Дальше все закрутилось как в кино: Витька отдраил до блеска их небогатую, но ухоженную и очень просторную квартиру, и командированные магнитогорцы, радостно и особо не торгуясь, тут же заселились, а тетя Клава, охая и крестясь, протопила дачный домик в Вершинино, приговаривая: «Как хорошо, что Господь послал теплый апрель».
Почему Витька вспомнил все это сейчас, умываясь и вяло пожевывая бутерброд с сыром, он и сам не понял, возможно, потому, что через две недели они с мамой вернутся в Екатеринбург и не приедут сюда до следующего лета, и он мысленно уже начал прощаться с поселком и дачным домиком, к которому привык за полгода.
Витя дожевал бутерброд, взял набитый учебниками увесистый рюкзак, вышел на улицу и долго возился с калиткой: старые доски разбухли от воды, и он никак не мог закрыть ее. Витя наклонился и поправил нижнюю доску, а когда поднял голову, увидел, что неподалеку, с огромной старой сосны справа от дороги, спрыгнул мужчина. Витя испугался и замер. Сейчас столько писали и показывали по телевизору про террористов, что Витька решил, что этот высокий мужчина в темной куртке и джинсах приехал в Вершинино в такую рань отнюдь не с добрыми намерениями. Мужчина отряхнул руки, сел в длинную темную иномарку, и машина, тихо урча мотором, медленно тронулась и скрылась за поворотом. Витька посидел на корточках еще несколько минут, потом глянул на часы и ахнул: до отхода электрички оставалось совсем мало времени. Он закинул рюкзак на плечо, с ненавистью пнул калитку и тяжело побежал на станцию.
— Ну что, Виктор, ты нашел Красовского? — Бобырев сердито посмотрел на Павлова.
— Да нет, Александр Петрович, пока не получается. Его телефон не доступен. Геолокацию пробить мы не можем. Я съездил к нему домой, поговорил с супругой. Милая такая женщина. Она сказала, что Игорь ее предупредил, что уезжает в командировку, куда — она, конечно, не знает. Я так понял, что у них глава семьи не особо отчитывается и распространяется о своих поездках. Кажется, она вполне искренна. Есть такой тип женщин, которые беззаветно любят своего мужа и на все старательно закрывают глаза.
— Ты спрашивал ее о финансовых махинациях Красовского, что он занял деньги у погибшей Вероники?
— Конечно же, но о финансовых делах мужа она ничего не знает. Сказала, что муж занимался торговлей ценными бумагами, она в этом совершенно не разбирается, а супруг с ней не обсуждал свои профессиональные дела. Семью он содержал, денег на сына не жалел, и она всегда всем была довольна.
— А на работе что говорят?
— На работе его тоже уже два дня не видели, он сообщил своему коллеге, что ему нужно уехать по делам.
— Я вот думаю, Виктор, что мы совсем забыли о Валерии Богатыревой, урожденной Гербер. А ведь у нее был мотив убить свою сестрицу.
— Не понимаю, Александр Петрович, зачем ей убивать свою сестру? Из ревности? Так Красовский расстался с Вероникой, и сестры не были соперницами…
— Ну, что там Красовский наплел Валерии по поводу Вероники, мы не знаем. Он мог сказать ей что угодно, и эта женщина поверила бы любому бреду. Например, он мог сказать Валерии, что Вероника против их совместного будущего, что угрожает ему, и настроить Валерию против сестры.
— Вы хотите сказать, что вечером на дачу приехала Валерия и убила свою сестру?
— Я хочу сказать, что мы не должны исключать эту версию. Конечно, достаточно сложно представить это инфантильное существо, именуемое Валерией, в роли убийцы. Но она могла добраться до дачи на той же электричке или на такси, вызвать Веронику за ворота и убить. А поскольку стреляли практически в упор, то и промахнуться было очень сложно.
— Александр Петрович, а пистолет? Где она его взяла и куда потом дела?
— Ну, Витя, куда дела, это второй вопрос. Могла увезти с собой, могла выкинуть. А вот где взяла…
Виктор неопределенно покачал головой, и было непонятно, соглашается он с Бобыревым или наоборот.
— Я вот что еще выяснил, Александр Петрович. — Виктор неопределенно хмыкнул и усмехнулся: — У этого Красовского, оказывается, была вторая семья.
