Вскоре после моего прибытия там появилась разбитая красноармейская часть без пушек. Все евреи, за исключением меня, в панке разбежались. Полковник, командир части, обратился ко мне с просьбой помочь расквартировать голодных солдат и лошадей, что я быстро выполнил. Его же с офицерами я устроил в самом комфортабельном заезжем дворе. Немедленно достал достаточное количество хлеба, чай, сахар и немного корма для лошадей. Для офицерского состава достал также мясные продукты и водку. На следующее утро полковник объявил торги-распродажу всего инвенторя части, потому что у них не было корма для лошадей. Из-за отсутствия охотников купить я решил сам приобрести весь инвентарь, состоящий из пятидесяти колоссальных подвод, двухсот пятидесяти лошадей (лошади за неимением корма были чахлые), массы запасных упряжек, седел и т. п. За что все население Крыжополя меня высмеивало и тыкало в меня пальцами. Но я полагался на свои энергию, находчивость и организаторские способности. Немедленно я вызвал из соседних деревень знакомых крестьян и договорился, чтобы они забрали лошадей для отдыха и подкорма, а подводы чтобы разместили во дворах их хозяйств. Остальное, как то упряжи, села и др., поместил на складе железной дороги.
Через неделю, когда посетил деревни, не поверил своим глазам, как хорошо выглядели лошади. После этого я решил скупать продукты по ценам, которые из-за обилия продуктов были гораздо ниже одесских, и, как только немцы будут находиться за Крыжополем по направлению Одессы, я буду сопровождать нагруженные подводы, следуя по стопам немцев. Я «заключил» на военных бланках контракт, что оказало мне в дальнейшем неоценимую помощь. Не обращая внимания на предупреждение о проверке пропусков «на рогатке» я двинулся в путь. На контроле я предъявил контракт на военных бланках и присовокупил коробку папирос для солдата, что оказалось достаточным, и мне разрешили продолжать путь. Рано утром на девятый день подводы разгружались на главном базаре «ПРИВОЗ» на складе отца…
…В мае 1918 года вся Украина и Севастополь (в Крыму) были оккупированы немецкими и австрийскими войсками. Постепенно немецкие фронты значительно ослабли из-за голода в Германии и Австрии, и туда днем и ночью, один за другим, отправлялись эшелоны с продуктами, и население Украины разорялось! Голод на Украине вызвал движение «мешочников» из городов в провинцию и обратно. Ехали в эшелонах-теплушках; грязь и вши вызывали эмидемию сыпного тифа, от которого погибло много народу. По всему пути между Одессой и Киевом «мешочники» меняли соль на сахар. Учитывая это положение, я отправился в Одессу, где недалеко от окраины города находились промыслы соли (Хаджибеевский и Андреевский лиманы). Мне повезло! Я застал там нагруженный мешками соли эшелон, готовый к отправке. Не долго думая, я купил весь эшелон и в ту же ночь отправил его в Крыжополь в сопровождении нанятого мной проводника. На четвертый день эшелон прибыл, и я уже ждал его, ибо прибыл раньше поездом. Тут же я быстро и выгодно ликвидировал всю соль. В Крыжополе находились в этот момент мои родители, гостившие у сестры. После моей удачи мать беспокоилась за меня и просила перестать рисковать и «остепениться». Я отвечал ей, что «над дураками бог попечитель». Но мать не успокаивалась, настаивая, что я должен жениться…
…Мне в это время минуло 22 года, и мне уже предлагали с разных сторон девиц из почтеных и интеллигентных семейств. Одновременное предложение с трех сторон об одной и той же девице заинтересовало меня. Это побудило меня позвонить девице по телефону и условиться о встрече ради знакомства с серьезными намерениями. На второй вечер мы встретились в самом элегантном кафе «ФАН-КОНИ» на Екатериненской улице. Ее сопровождала старшая сестра. Когда мы вышли из кафе, я подозвал извозчика, чтобы доставить их домой. Неожиданно мой «будущая» сказала сестре, что остается со мной. После кино с художественным представлением мы гуляли пешком до трех часов ночи. Без сомнения мы понравились друг другу. На второй день вечером я опять уехал в провинцию, где имел ликвидировать «хвосты» моих дел…
…Я проживал в Крыжополе у своей сестры. Когда я вошел в квартиру, сестра из спальни, где она находилась, предупредила меня не приближаться к ней во избежание заразиться сыпным тифом. Вскоре пришел доктор и категорически рекомендовал мне не находиться в квартире сестры, на что я ни в коем случае не согласился. Я решил одетым дремать на стуле. Раздеваясь только в поисках вшей, я просиживал ночи при лампе за чтением.
В три часа ночи третьяго дня соседка через задние двери предупредила меня, чтобы я немедленно оставил Крыжополь, ибо по близости находится банда, уничтожающая еврейских мужчин. Когда сестра при высокой температуре услышала об этом, она потребовала принести детей в ея кровать, а мне убраться, чему пришлось подчиниться. Я двинулся «в путь неизвестности» в три часа ночи!