Мне хочется спорить, но я послушно замолкаю, понимая, что все равно ничего не изменится от моих просьб. Если эти люди все еще на свободе, значит, мне грозит опасность. А может, и тете до сих пор.
— А… ваша дочь? — я не могу не спросить. Мельком вижу, как застывает Карина, впиваясь взглядом в профиль Арслана, но он не поворачивается к ней, говорит только мне:
— Она все еще у них.
И все на этом. Его слова омрачают радость, но я держусь за то, что тетя жива. И у Арслана обязательно получится вызволить их с Кариной дочку. Все будет хорошо.
— Сейчас приедет Егор, — уже поднимаясь, обращается ко мне, — ненадолго.
Я давно не получала столько радостных известий в один момент. Стою, пряча улыбку, собираю посуду со стола. Карина ушла в комнату, и теперь мне не стыдно за свои эмоции.
— Папа приедет, — шепчу, проводя ладонью по животу, — наконец-то, мы с ним увидимся.
Я только сейчас понимаю, как непросто дались мне последние дни и какое же облегчение — избавиться от тяжкого груза переживаний. Все будет хорошо. Осталось только поймать этих негодяев и вернуть Лею домой.
Занятая размышлениями, я пропускаю тот момент, когда разъезжаются ворота и появляется один из автомобилей Арслана. Смотрю с замиранием сердца, как распахивается пассажирская дверь, а потом показывается Егор.
Меня от счастья так кроет, что я бегу к нему, не чувствуя почти тяжести живота. Я снова — легкий воздушный шарик, мне так радостно, что я смеюсь, обнимая его:
— Она нашлась, Егор! Она живая!
И он подхватывает меня, кружит, а потом целует долго, по-взрослому, и мне хочется плакать и смеяться одновременно, я задыхаюсь от счастья и переполняющих чувств, забывая, что мы в гостях и не одни. Все это не имеет значения, когда Егор — мой Егор, смотрит на меня так внимательно, а горячие сильные руки прижимают, пряча в кольце объятий.
— Я скучала, — выглядывая из подмышки говорю ему доверительно, — а ты?
— И я, Ева. Очень.
Я ему верю. А главное, он приехал, приехал, не дожидаясь отведенного срока, и прошлый грустный сценарий не повторился. Мы снова вместе — пусть на сегодняшний короткий вечер, зато я точно уверена, что во время нашей разлуки ничего плохого не случилось. И он снова не исчезнет, как тогда, потому что второй раз я могу уже не выдержать.
Арслан выходит навстречу гостю, они обмениваются коротким рукопожатием. Эти люди не похожи на друзей, я не могу понять, какие отношения их связывают, они как будто из разных миров. Но сейчас у Арслана и Егора общая проблема, и решают они ее сообща.
— Уедем вместе, — говорит Арслан Баринову, — так будет безопаснее. Через полчаса стартую.
Егор кивает, соглашаясь, но я вижу, что и он не рад, что наша встреча выходит совсем короткой. Но возражать нет смысла — лучше так, чем ничего.
— Заходите в дом, там у Евы своя комната, — добавляет Арслан и усмехается по-мужски, но Егор шутку не воспринимает:
— Разберемся, — и притягивает меня к себе.
Мы обходим дом, я тяну Егора к лавке, которая спрятана от глаз. Вокруг цветут кустарники, пахнет землей и цветами. Мы садимся, обнимаясь, и я кладу голову ему на плечо. Как хорошо, господи, как хорошо! Даже слов не надо, достаточно чувствовать друг друга.
— Я рад, что твоя тетя жива, — Егор целует меня в висок, — скоро все закончится и я заберу тебя к себе. Квартира пока опечатана, непонятно, как долго будет идти следствие.
— Ты знаешь подробности?
— Не особо, — он качает головой, — только то, что после новостей твою тетку оставили на лавке в парке. Она мало что помнит, похоже, ей подсыпали какие-то лекарства, но жизни ничего не грозит, — замечая мои округлившиеся глаза, добавляет Егор, — ей придется какое-то время пробыть в больнице, но там она под присмотром.
Я киваю, переживая за тетю Милу. Как же ей досталось, бедняжке! Какие они сволочи, эти люди, пичкали бедную женщину лекарствами, а потом выкинули, как котенка, на лавку.
— Главное, что жива, — добавляю я в конце своих мыслей.
— Да, — Егор притягивает меня к себе теснее, опускает ладонь на живот, и сын сразу же отвечает легким пинком, — привет, пацан, и тебе пять.
Я могу сидеть так бесконечно долго, обмирая от счастья всякий раз, когда Егор обращается не только ко мне, но и к нашему общему сыну. Это так трогательно и эмоционально, что я пытаюсь не расплакаться от счастья. Жаль, что все хорошее заканчивается слишком быстро.
— Ехать пора, Ева, — Егор поднимается нехотя, — проводишь?
— Конечно, — мы переплетаем наши пальцы и идем обратно. Я чувствую внезапно странную маету в его поведении, Егор отводит глаза и будто что-то скрывает от меня.
— Что-то случилось? Ты мне что-то не сказал?
Лучше спросить прямо, иначе он уедет и мне останется только теряться в собственных догадках.
— Мне придется улететь на два дня, Ева, — останавливается Егор и тяжело вздыхает, — мы обговорили это с Арсланом. Я лечу по работе, это очень важный контракт, который я не могу отбросить в сторону. Ради нашего будущего, — он снова проводит пальцем по моему животу. — Это быстро, — добавляет он, — ты не успеешь заметить, а я уже вернусь.