— А я обещаний не давала, да и должником не являюсь — расписок нет, — скрещивая руки на груди, заявила я.
— Дурдом!
— Еще какой.
Продолжилось бы и дальше это бесполезное препирательство, если бы к нам не подскакал парень с перебинтованными руками.
— Ну что, мы идем к руинам? — бодро вопросил он. — Я экстремально выясню, что случилось с тем камнем, Тсуна тоже сказал, что это пригодится!
— У меня работа, — ответила я с видом «послала судьба мне на голову двух беспросветных идиотов».
— Я помогу! — радостно заявил парень с бинтами. Как же там его фамилия? Сасагава, кажется.
— Ну, помогите, — вяло согласилась я и отправилась к конюшням. Моя обязанность — отводить лошадей, признанных как лучших для селекции, на водопой и помывку мини-табуном, и передавать у реки работникам. Нет, это, конечно, не единственное мое занятие на ферме, но сейчас я должна была заняться именно этим. А пока я буду гнать лошадей к реке, Сасагава, активно помогавший Катерине с насыщением желудков рогатого скота, может заняться подкормкой лошадей, натаскав им еды. Вернутся они вечером, освежившиеся и счастливые, а тут и кушать подано — благодать!
Мы дошли до конюшни, причем втроем, и я скомандовала:
— Выдайте лошадям корм. Сколько, куда и что именно, спросите у Влада, он сейчас придет чистить денники.
— Отлично! — кивнул Сасагава и помчался в конюшню.
— А Вы что делать будете? — ехидно опросила я Скуало. — Притворяться тенью Отца Гамлета?
— Врой, мусор! Не нарывайся! — ответил тот. — Я просто пойду с тобой!
— Значит, если коротко, ответ — «да», — хмыкнула я и поспешила приступить к работе.
Пока Скуало оповещал вселенную о том, какая я «редиска», как бы сказала Мария, я флегматично трудилась. То есть выгоняла лошадей из денников, вела их к реке всей гурьбой… Да-да, вы не ослышались: всё это время среброволосое существо вопило. Правда, я в долгу не оставалась — я язвила. Что поделать, у него привычка — орать, у меня — ехидничать. Спровадив лошадей работникам, я с тяжким вздохом прервала возмущенное бухтение на повышенной громкости гражданина рыцаря без лат, привязавшего мечик к рученьке «что б не спёрли».
— Товарищ, Вы нам совсем не товарищ, но я позволю Вам меня использовать в качестве справочника по оккультизму. Вперед, к свершениям, и да пребудет с Вами мастер Йода. Только уши мои от криков на время научной дискуссии избавьте: я не люблю работать в шуме. Работать вообще надо «без шума и пыли», знаете ли.
— Врой, мусор! Ты реально бесишь, — огрызнулся мой временный падаван. — Но ты консультант Варии на время, так что я потерплю.
— Консультант кого, простите? — переспросила я, не расслышавшая это его «Ва» чего-то там, шествуя от реки к лесу, в коем и скрывались руины. Да, мы не вернулись на ферму за трудяжкой Сасагавой, ну и что? Мне лень за ним тащиться. Захочет — сам придет, не маленький.
— Не важно, — поморщился местный холерик, — главное, ты можешь быть полезна.
— А я не люблю, когда меня используют в темную, — протянула я. — Вот ваш Снежный Человек, оказывается, за всеми подсматривает, подслушивает. Ваш Демонический Принц всех пугает и пытает, Вы всех оглушаете, второй мечник подавляет позитивом… Цените, что мы вас всех поганой метлой за дверь не вымели. Но ценить — это не к людям, лишенным совести и чувства такта. Так хотя бы извольте пояснять, что происходит — хоть какое-то подобие уважения проявите этим.
— Мусор, ты не должна знать больше, чем нужно, — вновь поморщилось это существо, сбавляя громкость. Это бартер? — Не спрашивай.
— А зачем тогда ляпнули? — съязвила я. Я вообще язва. Прободная…
— Вроой! — ненадолго его хватило, да… — Сказал и сказал! Привычка! Хватит меня доставать!
— А мне это нравится, — пожала плечами я и вновь выслушала гневную оду в свой адрес.
Вот с таким музыкальным сопровождением я и подошла к лесу. Деревья тянулись к небесам, а солнце жгло их кроны вместе с нашими макушками. Белые облака, лениво плывущие по синей бесконечности, вяло оповещали мир о том, что дождя ему ждать не стоит, поскольку было их — раз, два и обчелся. Облака вообще ныне редкость… Тяжко вздохнув, больше по инерции, нежели от усталости и бренности бытия, я двинулась под спасительную сень деревьев. Скуало резко замолчал — видимо, проникся ситуацией и обстановкой. Мрачной и мистической обстановкой! Лес у нас был смешанный и очень густой, с практически непроходимым местами подлеском, множеством вековых деревьев, вечно сырой травой и извечным полумраком. Я эту обстановку просто обожала, особенно наш мистический центр, к которому мы с моим временным рыцарем и двигались. Кстати, неужели я ему так необходима, что он даже готов был этим утром защищать меня от почти-демона? Ведь он может и в город съездить за необходимой литературой… Или не может? Спросить или не стоит? Да какое мое дело, право слово? Мне как-то наплевать. Как и на эту его оговорочку «по Фрейду»…
